Cookies помогают нам улучшить наш веб-сайт и подбирать информацию, подходящую конкретно вам.
Используя этот веб-сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем coockies. Если вы не согласны - покиньте этот веб-сайт

Подробнее о cookies можно прочитать здесь

 

Андрейчева М.Ю. Точка еще не поставлена

Марианна Юрьевна Андрейчева, к.и.н., руководитель по научно-методической работе Исторического парка "Россия – моя история".

Проекту «Россия – моя история» в 2018 году исполнится 5 лет. За этот относительно небольшой срок он пережил несколько этапов становления. Вначале это были временные выставки в Манеже. Сделанные в максимально сжатые сроки, они разнились по уровню содержания, концептуальным подходам и дизайнерским решениям. Их общей характерной чертой являлся особый акцент не на текстовый контент, а на визуально-мультимедийный. Понятно, что множество людей, посещавших манежные выставки, не имело возможности детально познакомиться с их текстовым содержанием, но в первую очередь воспринимало предлагаемые визуальные образы.

В контексте создания выставок такая расстановка приоритетов была вполне объяснимой: выставки действовали всего три недели и их авторы не ставили перед собой масштабные просветительские и образовательные задачи. В эти несколько лет выставочной жизни проекта создававшая его команда находилась в постоянном творческом процессе, нащупывая собственный формат, экспериментируя, набираясь опыта.

Новый этап жизни проекта, когда он обрел постоянный дом, поставил перед «Россия – моя история» совсем другие, по-настоящему серьезные задачи: вывести контент на качественный образовательный уровень. Я пришла в Исторический парк именно на этом переломном этапе и включилась в работу когда мы, ставя перед собой иные высокие планки (например, оригинальные тексты, хороший научно-популярный стиль, расширение круга тем), могли переделывать большие фрагменты экспозиции, устанавливать новые «красные линии» нашего рассказа, пересматривать сценарные планы залов. Этот мощный процесс требовал времени, но практически параллельно началась работа над региональными историческими парками, в которых мы должны были помимо общероссийской истории показать историю края. Работа над региональным проектом, который реализовывался в фактически нереальные, немыслимые сроки (15 парков за полгода) отвлек наши силы от процесса внутреннего обновления, замедлив его. Но, как оказалось, это было к лучшему, поскольку выход проекта на федеральный уровень увеличил аудиторию наших критиков и цензоров. Мы стали получать массу откликов, которые, не дав расслабиться после открытия парков, сразу погрузили нас в масштабную работу по доработке и расширению контента, посвященного общероссийской истории. Мощным толчком для ускорения на этом пути стала критика Вольного исторического общества. Его начальные выпады в наш адрес содержали голословные обвинения, которые, грубо говоря, били по воздуху, поскольку касались того манежного «балласта», от которого мы к тому времени уже освободились. Тем не менее, выступления ВИО заставили нас вновь и вновь всматриваться в контент, выявлять его слабые места, пропускать его через сито экспертиз с участием профессионалов из ИРИ РАН, МГУ, РГГУ.

Работа над этим продолжает идти, однако не так быстро, как нам бы хотелось. Главная ошибка наших оппонентов в том, что они воспринимают наш контент как уже готовую написанную книгу. Тем не менее создание этой книги еще не завершено, хотя горизонты уже определены и видны. Таким горизонтом, я думаю, для нас должна стать реэкспозиция 2018 года в Историческом парке на ВДНХ. Дело в том, что нынешняя экспозиция в Москве уже значительно отстает и по содержанию, и по дизайнерско-мультимедийной составляющей от региональных парков. В парке ВДНХ отсутствует часть экспозиции, посвященная второй половине XX в. – нач. XXI в. Руководство Фонда гуманитарных проектов запланировало обновление экспозиции, которое призвано сделать ее более содержательной, разносторонней и аттрактивной. Из того, что запланировано, могу лишь сказать, что в расширенном варианте нашей книги-контента будет разнообразно и интересно показана история культуры и быта, более широко будет представлена жизнь общества, для лучшего усвоения исторического материала появятся мультимедийные родословные древа Рюриковичей и Романовых, более глубокими и обстоятельными станут залы, посвященные Великой Российской революции, Великой Отечественной войне, Новомученикам, ГУЛАГу и эпохе Ельцина и проч. Запланированы особые зоны с историческими инсталляциями.

Фактически работа по реэкспозиции, ее подготовке уже началась, и отголоски этой работы уже ощущают в регионах, в которых по мере работы над ошибками в контенте идет и перезаливка тех его частей, которые уже прошли обновление. К примеру, у нас в последние месяцы был полностью качественно переделан раздел «Раздробленность», который мы уже перезалили в регионы. В целом естественно, что обновление парка на ВДНХ неизбежно скажется и на уровне нынешнего контента, посвященного общероссийской истории, в парках. Это процессы взаимозависимые.

Бесспорно, схожие изменения могут коснуться и регионального контента прочих исторических парков. Однако любые изменения в этой части экспозиции могут происходить только по инициативе региона. Региональная история – это жемчужина парков, которая должна подчеркнуть индивидуальность каждого из них. Она целиком была отдана на откуп региональным операторам проекта и в определенном смысле была призвана помочь адаптации его в регионе, чтобы проект воспринимался не как чуждый, навязанный извне федеральными властями, а стал своим, поскольку в него были вложены интеллектуальные силы региона и даже, не побоюсь этого слова, душа. Как показало время, данный подход себя, безусловно, оправдал. И региональный контент сейчас является одним из главных смыслообразующих стержней исторических парков в городах России.

Когда меня попросили отреагировать на критические статьи, ранее опубликованные в «Исторической экспертизе», я вначале думала, что необходимо ответить по пунктам обвинения. Однако поняла, что такой подход непродуктивен. Часть наших огрехов (ошибки в датах, опечатки, однобокость или тенденциозность некоторых оценок) видна нам изнутри, и конкретные шаги по исправлению ситуации уже предпринимаются. С другой стороны, очевидно, что наши критики не всегда внимательно читают наши коллажи. И тут бессмысленно объяснять, что у нас есть в зале, посвященной Великой Отечественной войне, информация о пакте Молотова-Риббентропа. Гораздо важнее мне показалось обрисовать нашу работу изнутри, очертить ее задачи и дать понять, что наш контент – это живая книга, точка в которой еще не поставлена.

526