Официальное обращение принца Шарля Наполеона Бонапарта, президента «Европейской федерации наполеоновских городов»

(https://www.napoleoncities.eu/index.php?article_id=908&clang=0&clang_orig=)

 

Я только что узнал об ужасном происшествии: убийстве, расчленении и попытке утопить в реке останки своей подруги Олегом Соколовым, самым известным реконструктором наполеоновских сражений в Европе, преподающим в различных университетах России и Франции. Мои мысли тут же обратились к убитой девушке, которую я несколько раз видел рядом с ним. Она была одета в небесно-голубое платье времен Империи, отделанное кружевом, и он представлял ее как свою Жозефину. Я никогда не говорил о том неприятном ощущении, которое я испытывал, видя эту хрупкую девушку рядом с этим разряженным горлопаном, бывшим гораздо старше ее, крепкого телосложения, с грудью, увешанной медалями. Едва завидев меня издалека, он склонял голову и приветствовал меня громовым голосом. Наше общение не выходило за рамки вежливого ответа с моей стороны. Без сомнения, мы чувствовали, насколько мы были далеки друг от друга. На протяжении последних двадцати лет я его встречал с десяток раз во время празднований двухсотлетия той или иной наполеоновской битвы, во Франции, в России, в Польше, в Бельгии, в Италии. В последний раз это было в Польше летом 2018 года. Он весь день был верхом на коне, скакал от одной группы реконструкторов к другой, воодушевлял их идти быстрее, быть более дисциплинированными, раздавал приказы в шуме сражения. Он поменял несколько лошадей, как на настоящем поле битвы.

          Движения людей в униформе и на лошадях, звуки канонады и ружейные залпы - все это мне слишком напоминает о человеческих страданиях. Я не вижу в этом повода для игры. И потом, насилие порождает насилие. Олег Соколов был близок к российским властям, он был членом исторической комиссии при министерстве культуры. Я не знал, что во Франции он преподавал в Лионском университете Марион Марешаль-Ле-Пен. Его психотип, а также его идеологические симпатии сближали его с теми, для которых сила является жизненным стержнем. Иногда он отождествлял себя с Наполеоном, иногда с Неем или Мюратом. Но он заигрался, и игра его погубила. Если бы он реконструировал жизнь Махатмы Ганди или Нельсона Манделы, он бы развил в себе качества послушания, терпимости и миролюбия. А его молодая подруга была бы жива. Наполеон был одним из величайших полководцев всех времен, но война, которую он вел, и смерть, как неизменный атрибут войны, служили средством подготовки лучшего завтра. Нет ни одного свидетельства того, что Наполеон был жестоким и кровожадным в личной жизни. Олег Соколов таким был.

В этом состоит огромная разница. Я испытываю глубокую неприязнь к любой форме насилия. Особенно если оно осуществляется по отношению к самым слабым и беззащитным. По моему убеждению, возглавляемая мною «Европейская федерация наполеоновских городов» интересуется этой страницей истории именно потому, что мы верим в добродетели просвещения и культуры, воспринимая их как противоядие от насилия. Наша организация ни в коей мере не прославляет и не оправдывает жестокость.

          Есть много важного в деятельности Наполеона: администратора, создателя современной Франции, открывшего великую страницу в истории Европы, обладавшего политическим умом и огромной силой характера. Речь не идет о том, чтобы запретить городам-членам федерации проводить у себя реконструкции. Тем не менее, я хотел бы, чтобы стало доброй традицией соблюдение двух правил. Необходимо делать акцент на событиях, происходивших именно в этом городе, а не реконструировать сражения, проходившие где-то еще. Кроме того, реконструируя битвы, надо сопровождать эти постановки объяснением контекста жестокости и насилия в наполеоновскую эпоху, а также внимательным изучением исторических и геополитических элементов тогдашних отношений между государствами. Нет - смерти, нет - культуре насилия, да - жизни и культуре мира!

Шарль Бонапарт

 

Коментарий

          Ужасное событие, произошедшее в Санкт-Петербурге, связанное с именем историка и реконструктора, доцента кафедры истории нового и новейшего времени СПбГУ О.В. Соколова, обвиняемого в жестоком убийстве Анастасии Ещенко, потрясло буквально всех. Если за долгими судебными разбирательствами между О. Соколовым и Е. Панасенковым следило, прежде всего, интернет-сообщество любителей истории и, может быть, коллеги, то жуткое убийство стало поводом для всевозможных заявлений, опровержений, медийных спекуляций и инсинуаций. Поскольку О. Соколов был известным реконструктором с весьма неоднозначной репутацией, инкриминируемое ему преступление не могло не отразиться на отношении к реконструкторскому движению как таковому, и, более того, на отношении к самой наполеоновской проблематике.

          Жуткая новость особенно болезненно была воспринята во Франции, тем более, что в нынешнем году исполнилось 250 лет со дня рождения Наполеона Бонапарта, и по всей Франции уже произошло множество мемориальных событий, в том числе и исторических реконструкций. А О.В. Соколов, обладатель ордена Почетного легиона, книги которого переводятся на французский язык, широко известен в среде французских реконструкторов. Ведущие французские историки не могли не высказать своего отношения к этому трагическому событию, будь то на своих страницах в соцсетях, будь то в официальных интервью и заявлениях. Не остался в стороне и принц Шарль Наполеон Бонапарт, президент «Европейской федерации наполеоновских городов», политик и финансист, обладатель докторской степени по экономике, в 2001-2008 гг. занимавший пост муниципального советника в Аяччо, родном городе Наполеона. Принц Шарль Бонапарт является автором ряда книг, в том числе посвященных наполеоновской проблематике, например, «Бонапарт и Паоли» (Bonaparte et Paoli. Paris, 2000), «Бонапарты, мятежные сердца (Les Bonaparte, des esprits rebelles. Paris, 2006). Шарль Бонапарт - отец нынешнего главы императорского дома Бонапартов Жана-Кристофа (дело в том, что отец Шарля, принц Луи, в своем завещании передал трон внуку Жану-Кристофу, будучи несогласным с политическими взглядами сына (в 1968 г. тот выступил на стороне Даниэля Кон-Бендита, а не Шарля де Голля), а также по причине развода Шарля и его нового брака, хотя некоторые бонапартисты продолжают считать принца Шарля главой императорского дома Франции).

          Замысел обращения, опубликованного Шарлем Бонапартом на официальном сайте «Европейской ассоциации наполеоновских городов», весьма понятен. Принц Шарль – прямой потомок Жерома Бонапарта и преступление, совершенное О. Соколовым, так или иначе отражается на репутации реконструкторского движения и затрагивает память Наполеона Бонапарта. Поэтому отделить зерна от плевел, защитить как движение реконструкторов, так и имя Наполеона – в этом, на мой взгляд, заключается благородная цель Шарля Бонапарта.

          Идеи, развиваемые Шарлем Бонапартом в рамках небольшого заявления, как мне представляется, весьма созвучны процессам, происходящим в современном французском обществе и в наполеоноведении как таковом, о чем я писала в своей статье, опубликованной в журнале «Историческая экспертиза» (Таньшина Н.П. 250 лет Наполеону Бонапарту: по следам юбилея // https://istorex.ru/Novaya_stranitsa_24). Наполеон Бонапарт продолжает разделять французов; они, говоря словами Виктора Гюго, то показывают, то прячут Наполеона, не в силах прийти к окончательному мнению на его счет. Но в целом для официальных властей Франции Наполеон – персона неполиткорректная, он авторитарный правитель, диктатор и завоеватель. Поэтому Наполеону, вплоть до последнего времени, не было места ни в университетском, ни в школьном пространстве; все памятные мероприятия происходят под эгидой частных организаций и фондов, а не государства; именно под патронажем негосударственного «Фонда Наполеона» осуществляется сбор средств для реконструкции могилы Наполеона в Отеле Инвалидов. Между тем, последние несколько лет в обществе наблюдаются изменения, и Наполеон, говоря словами французского историка Пьера Бранда, возвращается в историю Франции. Крупнейшие французские наполеоноведы, такие как Жан Тюлар, Тьерри Ленц, Пьер Бранда и целый ряд других высказывают мысль о том, что Франция не должна стыдиться своей истории, а с именем Наполеона связаны не только войны и завоевания, но и многие позитивные моменты. Для всех этих историков характерна общая мысль: Наполеон является создателем современной Франции, ее политических и правовых институтов и учреждений. И наполеоновскую эпоху надо изучать, поскольку долгое время эта тема не была приоритетной.

Именно эти идеи подчеркивает в своем заявлении принц Шарль Бонапарт, характеризуя Наполеона не только как великого полководца, но, прежде всего, как талантливого администратора и управленца, вклад которого в историю Франции и Европы нуждается в переосмыслении.

Что касается реконструкторского движения, то принц Шарль Бонапарт также развивает идеи, созвучные взглядам специалистов-историков, которые, в принципе, не против этого движения, но относятся к нему весьма осторожно. Совсем недавно, на научной конференции в Екатеринбургском университете (УрФУ), мне довелось присутствовать на мастер-классе О.В. Соколова, где он воодушевленно рассказывал о своем участии в реконструкции битвы при Ватерлоо. Слушая его, талантливого оратора и блестящего актера, я думала о том, что мне весьма понятна его популярность в широких кругах зрителей как у нас в стране, так и во Франции (а его эмоциональные выступления очень нравились французской публике!). Но я была несогласна с главным: по словам О. Соколова, во время этой реконструкции он испытал то, что переживали настоящие солдаты наполеоновской армии на поле сражения. Я же думала о другом: да, вы поймали этот кураж, эту эйфорию, но только вас не убивали по-настоящему. Для вас это было игрой в солдатики, хоть и на высоком профессиональном уровне, а настоящая война – она не игрушечная, и смерть там самая настоящая, а не бутафорская...

И еще одну важную проблему поднял в своем заявлении Шарль Бонапарт. Он пишет о том, что проведение реконструкций сражений должно носить просветительский характер, ни в коей мере не пропагандировать войну, а объяснять ее причины. Согласна, речь не должна идти о запрете реконструкторского движения. Все дети играют в войну. В Петьку и Чапаева, в Штирлица и казаков-разбойников, сейчас – в террористов и спецназовцев. Взрослые люди порой тоже играют в войну, и это неплохо. Известный биолог Иренеус Эйбл-Эйбесфельдт, основатель этологии человека, изучая жизнь племен, живущих вне «цивилизованного» общества, пришел к выводу о том, что чем больше ритуальных войн в обществе, чем чаще играют в войну, тем меньше эти племена воюют в реальной жизни. Игра в войну, ритуал, позволяет трансформировать агрессию в игровую форму, подавить ее. Главное здесь – не заиграться.

Шарль Бонапарт пишет: если бы О. Соколов выбрал в качестве предмета изучения Махатму Ганди или Нельсона Манделу, он развил бы в себе иные качества. Думаю, что не выбрал бы. Его привлекали другие герои. Хотя это вовсе не означает, что опасно изучать Наполеона, и что если вы, все-таки, пойдете по этой стезе, то обязательно пропитаетесь культом насилия и жестокости. Просто дело в том, что историк – это, прежде всего, человек, и история – наука субъективная, поэтому исследователь, при всем своем стремлении к объективности, будет видеть в своем персонаже то, что хочет увидеть, будет неосознанно проецировать на своего героя личные представления о должном и моральном. И поэтому Наполеон у каждого будет свой, и не Наполеон повинен в случившейся драме…

В любом случае, эта ужасная трагедия заставляет всех нас в очередной раз задуматься о моральной ответственности историка, о возможности объективного и беспристрастного изучения прошлого, о том, что история – это наука не только о прошлом и его героях, но в очень значительной мере о нас и о нашем настоящем. А глубокое изучение наполеоновской эпопеи не только как романтической драмы и триумфа одного сверхчеловека, но как величайшей трагедии в истории человечества, позволит избежать взгляда на войну как на увлекательную игру в оловянные солдатики, в которой чужая жизнь - не более чем кусочек олова…

 

Таньшина Наталия Петровна, доктор исторических наук, профессор кафедры всеобщей истории отделения истории Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ; ведущий научный сотрудник лаборатории западноевропейских и средиземноморских исторических исследований исторического факультета Государственного академического университета гуманитарных наук, профессор кафедры новой и новейшей истории Московского педагогического государственного университета

 

881

Cookies помогают нам улучшить наш веб-сайт и подбирать информацию, подходящую конкретно вам.
Используя этот веб-сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем coockies. Если вы не согласны - покиньте этот веб-сайт

Подробнее о cookies можно прочитать здесь