Стаф В.С. «Мы превращаем места злодеяний в места памяти»: книга Юрия Дмитриева «Место памяти Сандармох»

 

«Мы превращаем места злодеяний в места памяти»: книга Юрия Дмитриева «Место памяти Сандармох»

 “We transform places of crime into places of memory”: Yuri Dmitriev’s  book “Sandarmokh. Place of Memory

Аннотация: статья представляет собой обзор нового сборника Ю. А. Дмитриева о Сандармохе – месте массовых захоронений жертв Большого террора в Карелии. Сборник представляет собой книгу памяти с 980 биограммами расстрелянных, а также очерки воспоминаний родственников, документы-отчеты по исполнению приговоров, иллюстрации памятных знаков, а также статьи о ситуации вокруг Сандармоха последних нескольких лет.

Ключевые слова: Сандармох, сталинизм, ГУЛАГ, Большой террор, «соловецкий этап», политические репрессии

Abstract: the article is an overview of the new book by Yuri Dmitriev about Sandarmokh - the mass grave of victims of the Great Terror in Karelia. It is a book of memory with 980 biograms of the executed, essays of relatives’ memoirs, documents-reports on the execution of sentences, illustrations of memorial signs and articles about the situations around Sandarmokh the last several years.

Key words: Sandarmokh, Stalinism, Gulag, Great Terror, “Solovetsky stage”, political repression

 

 

В конце 2019 года вышло сразу две новых книги о Сандармохе, месте массовых расстрелов в годы Большого террора недалеко от карельского Медвежьегорска. Это вышедшая в издательстве «Нестор-История» книга И.А. Флиге «Сандормох: драматургия смыслов» и изданная в Петрозаводске книга Ю.А. Дмитриева «Место памяти Сандармох». Книга Флиге состоит из «пяти актов» и отсылает к классическому жанру трагедии – в ней повествуется об истории «места памяти» Сандормох – о его поисках, мемориализации, памятниках, ежегодных Днях памяти и т. д. Книга Дмитриева иная – это прежде всего книга памяти с именами жертв, и посвящена она историям людей, расстрелянных в лесу под Медвежьегорском на Повенецком тракте. Помимо биограмм[1] 980 человек она содержит в себе воспоминания родственников расстрелянных, чаще всего их детей. В книге есть и иллюстрации памятных знаков на мемориальном комплексе, которых сейчас несколько десятков. И, что особенно важно, в ней впервые приведены факсимиле – отчеты по исполнению приговоров над осужденными Особой тройкой при УНКВД по Ленинградской области по делам Соловецкой тюрьмы ГУГБ НКВД СССР.

В 1931-1933 годах в Карелии строился Беломорско-Балтийский канал, самый крупный объект первой пятилетки и первый объект в СССР полностью построенный руками заключенных ГУЛАГа. Для его строительства на базе Соловецкого лагеря особого назначения (СЛОН) в 1931 году был организован Беломорско-Балтийский исправительно-трудовой лагерь – Белбалтлаг с административным центром на станции Медвежья Гора (Медгора, современный Медвежьегорск);  заключенные Белбалтлага и строили канал. Так как Медвежья гора  являлась «столицей» Белбалтлага, а с 1934 года – Белбалткомбината, недалеко от этого места и производились местные расстрелы. В 1937 году из Соловецкой тюрьмы госбезопасности в Медвежью Гору были отправлены  на расстрел 1111 заключенных, так называемый «соловецкий этап». Поиски места расстрелов в окрестностях Медвежьегорска начались ещё в конце 1980-х годов. В 1997 году предполагаемое место их расстрела начали искать в окрестностях Медвежьегорска и вскоре экспедиция Карельского и Петербургского «Мемориалов» – Ю.А. Дмитриев, И.А. Флиге и В.В. Иофе – нашли его в 19 километрах от Медвежьегорска рядом с песчаным карьером у трассы в сторону города Повенец. Расстрельные ямы обнаружил непосредственно Ю. Дмитриев, затем по картам был определен ближайший к урочищу топоним – Сандормох (так назывался находившийся неподалеку заброшенный хутор). В том же 1997 году был основан мемориальный комплекс Сандармох – оба написания используются в документах и литературе[2].

Сегодня Сандармох одно из самых известных мест массовых захоронений жертв сталинских репрессий в России наряду с Левашовской пустошью на окраине Санкт-Петербурга и Бутовским полигоном и Коммунаркой под Москвой. Благодаря огромной архивной работе сегодня известно 6241 имя людей, которые были захоронены в этом месте - 5130 жителей Карелии, заключенных и трудпоселенцев Белбалтлага и Белбалткомбинат, а также 1111 заключенных Соловецкой тюрьмы госбезопасности - «соловецкий этап». (Флиге, с. 11). Из-за этих особенностей сегодня в Едином государственном реестре объектов культурного наследия России Сандармох числится как объект культурного наследия регионального значения, памятник истории (Слабунова, 2019, 495).

За более чем двадцать лет о Сандармохе было написано немало. Так, в 1997 году была опубликована книга Флиге и Иофе «Мемориальное кладбище Сандормох» с именами «соловецкого этапа», а в 1999 году – книга Дмитриева «Место расстрела Сандармох», со всеми именами расстрелянных. Двадцать лет назад книга Дмитриева была наиболее полным собранием имен людей, расстрелянных в годы Большого террора под Медвежьегорском. Однако списки расстрелянных постоянно корректировались и дополнялись, поэтому она давно ожидала переиздания.

Книга «Место памяти Сандармох» – не просто переиздание, но имеет все основания считаться новой книгой: сведения о расстрелянных уточнены или дополнены, многие тексты ранее не публиковались, да и саму историю её создания невозможно обойти стороной. Книга «Место расстрела Сандармох» 1999 года содержит списки расстрелянных, сгруппированные по их месту жительства на момент ареста (в отдельную группу вынесен «соловецкий этап»), а также даты расстрела и реабилитации. В новой книге к этой информации, добавлены сведения о родственниках, уголовных статьях, по которым эти люди были арестованы, а также представлены иллюстрации документов по исполнению приговоров над осужденными Особой тройкой при УНКВД по Ленинградской области к расстрелу по делам Соловецкой тюрьмы ГУГБ НКВД СССР.

13 декабря 2016 года Ю. Дмитриева арестовали по ложному обвинению, в январе 2018 году освободили под подписку о невыезде, в апреле 2018 года оправдали по основным статьям обвинения, а летом 2018 года оправдание отменили и предъявили новые обвинения. В настоящее время продолжается новый суд, а Дмитриев находится в следственном изоляторе.  На момент ареста в 2016 году у Дмитриева были в работе три рукописи: «Их помнит Родина. Книга памяти карельского народа», «Красный Бор» - о месте массовых расстрелов под Петрозаводском, и «Спецпоселенцы в Карелии», в которой порядка сорока тысяч имен. Книги «Их помнит Родина» и «Красный Бор» увидели свет в мае 2017 года. Книга о спецпоселенцах пока не издана.

После ареста Ю. Дмитриева стало очевидно, что книга «Место расстрела Сандармох» 1999 года требует не просто переиздания, а переосмысления. В 2018 году, когда Дмитриев был дома под подпиской о невыезде, до повторного ареста 27 июня, его друг и коллега, сотрудник Российской национальной библиотеки в Санкт-Петербурге А.Я. Разумов проговорил с ним новую версию книги, включая новое название. После второго ареста Дмитриева книга, несмотря на все трудности, была доработана и издана – Дмитриев как автор и Разумов как редактор обсуждали и решали рабочие вопросы в здании суда в перерывах между заседаниями. Получилось, что книга памяти жертв Большого террора в Карелии, доделывалась и уходила в печать из той же тюрьмы, где восемьдесят лет назад сидели в ожидании своей участи жертвы сталинских репрессий.

«Место памяти Сандармох» начинается с короткого предисловия Дмитриева и содержит в себе 980 биограмм расстрелянных людей в едином алфавите А–Б–В. – они занимают почти треть всей книги. В качестве введения в раздел о расстрельных документах помещён текст Д. С. Лихачёва «К читателям» из 2-го тома «Ленинградского мартиролога» (СПб, 1996). Дело в том, что некоторые из этих документов публиковались Разумовым во 2–9 томах «Ленинградского мартиролога» (СПб., 1996–2009) и демонстрировались на конференциях. Но в такой полноте и с комментариями представлены впервые. «Не ленитесь прочесть все фамилии казнённых… – писал Лихачев. – В этом списке легко могли оказаться все мы, наши отцы, деды, матери… В сущности, все жители России здесь – в этом списке расстрелянных…» (с. 313). Также в биограммы расстрелянных глав семей спецпереселенцев добавлены сведения об их оставшихся женах и детях, что дает представление о глубине ещё одной прошлой работы Дмитриева «Спецпереселенцы в Карелии».

В книге «Место памяти Сандармох» впервые публикуются копии документов, положенных в основание мемориального комплекса Сандармох в 1997 году. Сами документы были уничтожены Прокуратурой в 2001 году как «не имеющие научно-исторической ценности и утратившие практическое значение» (Разумов, с. 500). Копии были представлены Прокуратурой в Петрозаводске 3 августа 2018 года на заседании Межведомственной рабочей группы по координации деятельности, направленной на реализацию Концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий. Членов Рабочей группы заверяли, что раскопок в Сандармохе не будет. Через несколько дней они начались. (с. 500–512).

Непосредственно вослед жёстким биограммам автор и редактор книги поместили одиннадцать очерков и воспоминаний, считая их обязательным элементом Книги памяти. Один из самых необычных материалов – обзор дела Александра Владимировича Бобрищева-Пушкина – дворянина, уроженца Санкт-Петербурга, адвоката, много работавшего в театре и для театра. Александр Владимирович участвовал в процессе Бейлиса, во время Первой мировой войны был писарем в Комитете по Георгиевским наградам, после Революции защищал В.М. Пуришкевича. Во время Гражданской войны через Юг России эмигрировал в Сербию, оттуда в Германию, но в 1923 году вернулся в Петроград, много лет был членом Ленинградской коллегии защитников, а затем находился на иждивении жены по инвалидности. В 1935 году он был осужден, отправлен на Соловки, в 1937 году этапирован в Медгору (Медвежьегорск) и расстрелян в Сандармохе. Ряд фото для этого очерка предоставила свойственница Бобрищевых-Пушкиных Е. Д. Перепеченко.

Важно отметить и текст А. Разумова «Незабытые могилы или о месте расстрела Павла Флоренского» - священник и учёный был расстрелян со второй партией «соловчан» 8 декабря 1937 года, но не в Сандармохе, и место расстрела и погребения до сих пор не обнародовано. Это возвращает нас к проблеме массовых захоронений  - только в Карелии их десятки, многие имена остаются неизвестными, а списки жертв постоянно требуют уточнения. Вряд ли когда-то в этой работе можно будет поставить точку. В завершающем раздел очерке о соловецких расстрельных этапах отметим наиболее полный на сегодня список ответственных за злодеяния в Сандармохе: «Награды за расстрелы». В едином алфавите названы организаторы карательной кампании в СССР: Сталин, прокуроры, чекисты, конвоиры, исполнители приговоров.

В книге представлены очерки о людях разного гражданства и национальной принадлежности, расстрелянных в Сандармохе. Например, немецкая семья Клодтов. Материалы о Клодтах, известных родством со знаменитым скульптором Петром Карловичем Клодтом (1805-1867), собрал Дмитриев. И внук Дмитриева Д.Ю. Клодт (в книге на фото: у памятного знака А. Ф. Вангенгейму, с. 460) – потомок московской ветви Клодтов, осевших в Карелии.

В конце книги после биограмм, документов и одиннадцати очерков воспоминаний есть и раздел иллюстраций памятников Сандармоха. Знаки эти национальные и конфессиональные: Карельский, Православный, Русский, Польский, Немецкий, Католический, Украинский, Казацкий, Азербайджанский, Грузинский, Татарский, Литовский, Эстонский, Мусульманский, Вайнахский, Еврейский, Марийский Молдавско-румынский, Чешский. В начале раздела – монумент с призывом Юрия Дмитриева «Люди, не убивайте друг друга» (с. 434), в завершение – знак неизвестному расстрелянному (с. 464).

Раздел о современной истории мемориального комплекса вобрал в себя известнейший очерк А. Яровой «Переписать Сандармох» (2017), статью депутата Законодательного Собрания Республики Карелия Э.Э. Слабуновой «Сандармох как символ беззакония и произвола государства» и «Послесловие редактора» Разумова.

Сандармох, как и другие места сталинских злодеяний, побывавшие во время войны в зоне оккупации (такие как Катынь, Быковня, Куропаты), изначально подвергался идеологическим атакам и попыткам снять если не всю, то часть ответственности с советского руководства и НКВД (см.: Гурьянов). Но 2016 год оказался переломным в истории Сандармоха. Сначала в прессе озвучили «гипотезу» о том, что под Медвежьегорском расстреляны не только жертвы Большого террора, что это место «финских злодеяний» против «наших красноармейцев» (Разумов, с. 512) времен Второй мировой войны, когда Медвежьегорск был занят финнами. Затем официальные представители Республики Карелия отказались принимать участие в Днях памяти, которые проходят каждый год 5 августа. Наконец, 13 декабря 2016 года был арестован Дмитриев, а 2017 года от карельских чиновников стали слышны рассуждения о «недопустимости политизировать Сандармох».

24 августа 2018 года Российское военно-историческое общество (РВИО) и Минобороны начали незаконные раскопки с целью обязательно найти в Сандармохе останки солдат Красной Армии, расстрелянных финнами. В августе 2019 года РВИО начало вторую «экспедицию» в Сандармох, чтобы снова постараться доказать, что там расстреляны не только жертвы 1937–1938 годов, но и красноармейцы. Соответствующей документации копатели снова не имели. Тем не менее, Тверской районный суд города Москвы отказал в удовлетворении иска о незаконности раскопок. Тем самым, пишет Слабунова, «Генеральная прокуратура не защитила этих людей от произвола государства 80 с лишним лет назад, не защищает их и сегодня». (Слабунова, с. 499).

Во время написания данного текста произошло ещё одно событие – в ночь на 2 апреля 2020 году в Республиканской больнице №2 УФСИН по Карелии в Медвежьегорске скончался бывший директор Медвежьегорского музея и «хранитель Сандармоха» С.И. Колтырин. Он много лет следил за состоянием массовых захоронений в Сандармохе, был противником раскопок РВИО, но 2 октября 2018 года, как и Дмитриев, был арестован по сфабрикованному делу.

Несмотря на все перечисленные выше события, в Сандармох всё равно приезжают люди из разных регионов и стран. Ежегодно 5 августа туда приезжают и многие послы Европейского Союза, работающие в России. В расстрельных ямах Сандармоха лежат люди разных национальностей, вероисповедания, гражданства, социального положения и политических взглядов, поэтому за последние двадцать лет это место стало общеевропейским местом памяти.

Книга Дмитриева «Место памяти Сандармох» важна не только тем, что в ней собрано огромное количество данных – биограмм, документов, личных воспоминаний, журналистских очерков и фотографий. Это сборник текстов и документов, который подводит некоторый промежуточный итог о работе, проделанной в мемориальном комплексе за два десятилетия.  Эта книга только первый том расстрелянных в Сандармохе людей с фамилиями на А-Б-В, книги памяти с остальными фамилиями ещё предстоит издать. На обороте книги написано: «Работа и книга Дмитриева о Сандармохе будут продолжены» - в последующих выпусках будет продолжение алфавитного ряда. В середине марта 2020 года был начат сбор средств на второе издание этой книги – первое полностью разошлось в библиотеки и семьи погибших. Второе издание 2020 года, как говорил Разумов обещает быть дополненным и в твердом переплете. Сам Дмитриев по-прежнему находится в следственном изоляторе города Петрозаводска. Остается надеться, что Дмитриев будет оправдан и продолжит работу по увековечению памяти жертв репрессий на свободе. В конечном итоге, именно его труды не позволят «переписать Сандармох».

 

Список литературы:
1. Гурьянов А. Э. О попытке российских ведомств оправдать Катынь // Историческая экспертиза, 2017 № 3. C. 15-26;

  1. 2. Дмитриев 2019 – Дмитриев Ю.А. Место памяти Сандармох. - Общая редакция и составление: А.Я. Разумов – Петрозаводск, 2019;
  2. Ленинградский мартиролог, 1996-2006 - Ленинградский мартиролог, Т. 2-9, СПб.: Российская национальная библиотека, 1996-2009;
  3. Флиге 2019 – Флиге И.А. Сандормох. Драматургия смыслов. – СПб.: Нестор-История, 2019.

Referenses:
1. Guryanov A. E. About the attempr by Russian authorities to justify Katyn // Historical Expertise, 2017, № 3. P. 15-26;

  1. Dmitriev 2019 – Dmitriev Y. Mesto pamyati Sandarmokh. - Obshchaya redaktsiya i sostavlenie: A.Ya. Razumov – Petrozavodsk, 2019;
  2. Leningradskiy martirolog, 1996-2009 - Leningradskiy martirolog T. 2-9, SPb.: Rossiyskaya nacionalnaya biblioteka, 1996-2009;
    4. Flige 2019 – Flige I. Sandormokh. Dramaturgiya smyslov. – SPb.: Nestor-Istoriya, 2019.

Владислав Сергеевич Стаф, Преподаватель школы исторических наук факультета гуманитарных наук Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», Москва, stafvlad@gmail.com

Vladislav Staf, Visiting scholar at School of history, Faculty of humanities National Research University “Higher School of Economics”, Moscow, Russia

[1] Биограммы – понятие, принятое в книгах памяти жертв политических репрессий. В них указываются набор сведений о расстрелянных: родился, проживал, арестован, отбывал срок, вновь арестован, приговорен, расстрелян.

[2] Так, И.А. Флиге придерживается первоначального написания «Сандормох». Так как рецензия посвящена книге Ю.А. Дмитриева, автор придерживается написания «Сандармох».

954

Cookies помогают нам улучшить наш веб-сайт и подбирать информацию, подходящую конкретно вам.
Используя этот веб-сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем coockies. Если вы не согласны - покиньте этот веб-сайт

Подробнее о cookies можно прочитать здесь