Cookies помогают нам улучшить наш веб-сайт и подбирать информацию, подходящую конкретно вам.
Используя этот веб-сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем coockies. Если вы не согласны - покиньте этот веб-сайт

Подробнее о cookies можно прочитать здесь

 

Ведерников В. В. Сумерки просвещения, или Этюд в багровых тонах

 Ведерников В. В. Сумерки просвещения, или Этюд в багровых тонах // Историческая Экспертиза. 2014. № 1. С. 11-24.

 

В Санкт-Петербурге с 16 февраля по 2 марта работала выставка, посвященная юбилею восшествия на престол династии Романовых. Открытая в Москве в День народного единства, 4 ноября 2013 года, она прошла в столице с триумфальным успехом.. О ее популярности и востребованности говорит тот факт, что попасть на мероприятие было непросто. В свое первое посещение, во второй половине дня, я не успел ознакомиться со всеми экспонатами (площадь выставочного павильона боле 4 тыс. кв. метров), и в следующий раз мне уже пришлось примерно час провести в очереди, а в последние дни, как рассказывают, ждать приходилось и много больше: 3-4 часа. По моим наблюдениям неорганизованные посетители – в основном лица среднего и старшего возраста, а среди экскурсионных групп преобладают школьники. Следует отметить хорошую организационную подготовку мероприятия. Организованные группы слушали рассказ экскурсовода, а рядовые посетители при желании могли взять на прокат аудиогида, который, впрочем, лишь дублировал тексты, размещенные на планшетах.

 Название выставки «Романовы. Моя история. Православная Русь» содержало интригу. История государства должна стать «моей» историей и одновременно историей Православия. Решить такую задачу чрезвычайно трудно. Что же удалось организаторам и в чем они потерпели неудачу?

 Как ни парадоксально это звучит, но мемориальные комплексы, посвященные последнему Императору, появились в молодой советской республике чуть ли не сразу после Октября. Уже в 1918 году жилые помещения семьи Николая Второго в Александровском дворце Царского Села стали музеем. В 1927 году к десятилетию революции был открыт музей в доме Ипатьева, в парке Александрия Петергофа стоял исторический салон-вагон, где Император подписал манифест об отречении от престола, в Зимнем дворце посетителям демонстрировали покои российских императоров, а комнаты последнего Государя, по словам В.В. Шульгина, нелегально посетившего СССР в конце 1925 – начале 1926 года, охранялись «с особой тщательностью»[1]. Но интерес этот был специфическим. Мне кажется, что трагическая гибель царской семьи мрачной тенью легла на правление большевиков. Пропагандисты выбивались из сил, изображая последнего императора человеком недалеким, ограниченным, враждебным стране и народу. Такое же представление закреплялось в историческом сознании и обо всей романовской династии. В фильме «Доживем до понедельника» школьник говорит учителю, что с царями (за исключением, быть может, только Петра Великого), России не везло. Фильм вышел на экраны во второй половине 1960-х годов, и примерно тогда же происходят знаменательные перемены в общественном сознании. Несмотря на все пропагандистские усилия, Чапаев становится популярным персонажем анекдотов, а «белые» - обретают романтизированный ореол героев, в общественном сознании формируется  идеализированный образ императорской России и царственного мученика. Тогда же уничтожаются и памятные места, связанные прежде всего с последним представителем правящей династии и его семьей. В сентябре 1977 года   власти Свердловска, выполняя указания Политбюро и КГБ, снесли исторический особняк Ипатьева.

 В годы перестройки и постсоветскую эпоху канонизация последнего Императора, торжественное перезахоронение жертв екатеринбургской трагедии вызвали обильный поток сусальной литературы, столь же далекой от взвешенных и точных оценок, как и предшествующая обличительная.

 Вне всякого сомнения, правящая династия оказала значительное влияние на формирование культуры и приобщение населения к западным стандартам жизни. Благодаря личной инициативе Екатерины Великой был основан Эрмитаж, а внук императрицы Николай Первый сделал его общедоступным музеем, Александр Третий приложил много усилий для создания Русского музея, Николай Второй покровительствовал «Миру искусства». С Романовыми связана и традиция благотворительности, почти угасшая в советскую эпоху. По инициативе Петра Великого в России была учреждена Академия Наук, а Николай Первый сделал очень много для создания национальной научной школы. Разумеется, система самодержавной монархии усиливала значение личностного фактора в управлении Империей. Были на престоле и «революционеры», вроде Петра Великого, и великие реформаторы -- Екатерина и Александр Второй, и консерваторы – Николай Первый и Александр Третий. Крайне неоднозначной представляется и политическое лицо последнего Государя. Попытки изобразить его традиционалистом, поклонником допетровской Руси вызывают обоснованные возражения. Создание законодательной Думы, провозглашение свободы вероисповедания, отмена цензуры, аграрная реформа по масштабам и значимости вполне сопоставимы с преобразованиями Эпохи великих реформ.

 Итак, тема могла быть раскрыта и путем рассказа не только об императорах, но и о наиболее выдающихся личностях правящей династии, которую представляли меценаты (в.кн. Елена Павловна), ученые (Александр Петрович, принц Ольденбургский), поэты ( в. кн. Константин Константинович), историки ( в. кн. Николай Михайлович), православные подвижники (великая кн. Елизавета Федоровна). Организаторы пошли по другому пути.

 Представьте на минуту, что 2 Марта 1917 г. великий князь Михаил последовал совету П.Н. Милюкова и, поддержанный верными воинскими частями, возглавил борьбу против крайних течений. Вовлеченная в гражданскую войну, Россия вынуждена была смириться с независимостью Украины, Польши, Финляндии и Прибалтики с Литвой, но удержала Закавказье. Внутренний конфликт затянулся до 1920 года, и в Версальской конференции страна не участвовала, но на территории великорусского ядра была сохранена конституционная монархия, которая в 2013 году отметила 400 –летие правления династии. Пустые фантазии, - скажете вы, - история не имеет сослагательного наклонения. Это, конечно, так. Но когда я знакомился с выставкой, меня не покидало ощущение, что именно таким путем развивались события за последние 100 лет, и все новейшие технические достижения, блестяще использованные организаторами мероприятия, служат одной цели: доказать безальтернативность даже не монархии -- самодержавия,-- которое, по выражению Н.М.Карамзина, было «палладиумом России».

 Собственно, личностей, Романовых, нет или почти нет. Есть самодержцы (о великих князьях ничего не говорится), есть Православная Церковь и враги России, представленные «ворами», изменниками бунтовщиками, заговорщиками и революционерами, а также враждебное России зарубежье. И не случайно история династии начинается не рассказом о происхождении Романовых и их роли в судьбах Московского царства, а с периода Смутного времени. Первое, что бросается в глаза посетителю, - яркое полотно, точнее, анимированный коллаж, изображающий пожар Москвы. Преобладает тревожный мерцающий ярко-красный цвет. И тут же, прямо на полу, располагаются две поверженных скрижали, повествующие о вступлении в Москву Лжедмитирия Первого и низложении ставленника Годунова патриарха Иова. Рядом, слева, новая скрижаль, стоящая вертикально, на которой начертаны слова: « Когда в Москве получены были первые вести о сборах Минина и Пожарского, святейший Ермоген сказал: «Да будет над ними милость от Бога (…), а на изменников пусть изливается гнев Божий». Самодержавная  государственность, связанная с Православием и противостоящие этой государственности враги – вот главные темы экспозиции. Особую роль играет цветовая гамма. Красный цвет, цвет пожара и крови, преобладает в стендах, посвященных врагам страны, а в повествовании о представителях династии доминантой являются спокойные лазоревые или зеленые тона. Все это создает определенный эмоциональный настрой, своеобразное «умозрение в красках». Перед большими стендами – сенсорные панели. Один клик пальцем – и   все сложные и «проклятые» вопросы отечественной истории решены! Основные стенды сопровождаются и соответствующими цитатами из исторических документов, трудов ведущих российских историков или зарубежных политических и общественных деятелей, которые дают оценку ситуации в стране, характеризуют эпоху и народ России. Они размещены на матерчатых полотнищах, напоминающих хоругви. Утомленный информацией о политических проблемах, посетитель отдыхает, читая сведения о развитии бытовой культуры. Я с интересом узнал о том, что, в царствование Павла Петровича в России впервые получили сахар из свёклы, а белая акация была посажена в стране в царствование Александра Первого. Дополнительно в трех отдельных залах можно посмотреть видеоряд, посвященный развитию военного дела, культурным достижениям императорской России, а завершает выставку кинохроника, демонстрирующая эпохальные события советской и постсоветской истории. Эпоха сжата, уплотнена, возникает эффект ускоренной съемки. Звучит сюита Г. Свиридова «Время, вперед!», и под эту музыку монументальные глыбы, составившие фундамент социализма, на глазах ветшают и превращаются в песок эпохи застоя, энергия строителей уходит в ритуальные формулы о духе революции, престарелые вожди слушают марш о молодом Ленине и юном Октябре, что впереди. А впереди – новый октябрь, октябрь 1993 года, кризис власти и возрождение страны в новом тысячелетии. Хочется ли ленту прокрутить назад, чтобы вернуться в благословенные времена мощной империи? Нет, скорее -- увидеть вторую серию «Русского чуда», в которой продолжится строительство возрожденной имперской государственности.

 Пафос выставки – восстановление связи времен, связи, прерванной революционной эпохой. Эта связь организаторы постоянно подчеркивают, иногда, возможно, с излишним нажимом. Хотя в экспозиции и нашла отражение тема культуры, но главным достижением страны выступает рост территории и населения, что в условиях враждебного окружения возможно только при наличии сильной армии и флота. Далеко не случайно организаторы выставки приводят высказывание, приписываемое Александру Третьему: «У России нет друзей. Нашей огромности боятся». Забота императоров об армии и флоте перекликается с темой возрождения мощи и величия современной России. Тема «темных сил», враждебного окружения страны находит свое завершение в цитате из выступления действующего Президента: «Слишком часто в национальной истории вместо оппозиции власти мы   сталкиваемся с оппозицией самой России. И мы знаем, чем это заканчивалось: сносом государства как такового».

 Кто же представляет опасность для российской государственности? Это, несомненно, враждебное западное окружение. «Герои» Смуты – марионетки в руках польского правительства. «Мы, поляки, посадили на Московский трон государя, который назывался Дмитрием, хотя он им и не был». Этим высказыванием Яна Сапеги подводятся итоги первой в истории России гражданской войны. Врагами являются и «воры», предводители народных восстаний. Движения Степана Разина и Емельяна Пугачева оцениваются как разбойничьи экспедиции, сопровождаемые массовыми убийствами, похищением имущества, насилием. Но есть и «воры» внутри государственного аппарата. В кроваво-красный цвет окрашен стенд, посвященный непродолжительному царствованию Екатерины Первой и Петра Второго, а все из-за попытки «верховников» хитростью похитить самодержавную власть и ввести представительный образ правления. С середины XVIII века враги персонализированы. Это масоны. Ссылаясь на некий «Исторический словарь» (почему не на Историческую энциклопедию?) авторы экспозиции определяют масонство как «движение, созданное с целью влияния на властные структуры государства». Судя по дальнейшему тексту, масонство, пришедшее в Россию извне, ставило целью не столько влиять, сколько расшатывать государственные структуры. Его деятельность была успешно пресечена Николаем Первым в 1825 году, но через 92 года масонам под руководством «пятерки» (А.И. Коновалов, М.И. Терещенко, А.Ф. Керенский, И.Н. Ефремов и Н.В. Некрасов) удалось реализовать преступный замысел и ликвидировать монархию. Врагами самодержавия были и русские революционеры, часть которых (декабристы, М.А. Бакунин, деятели Февраля 1917 г.) одновременно сохраняли связь с масонскими ложами. Ряды носителей антигосударственных идей, судя по тематике экспозиции, пополняли и «инородцы». Эта тема впервые возникает на стенде, посвященном декабристам, где наряду с известными организациями упоминается тайное общество Херут, ставившее своей целью освобождение евреев в России и Европе и образование отдельного еврейского поселения «где-нибудь в Крыму или даже на Востоке». Среди активных разрушителей монархии упоминаются Евно Азеф, А.Л. Парвус (Гельфанд), Л.Д. Троцкий (Бронштейн) и В.И. Ульянов, чьи национальные корни для знающих людей большого секрета не составляют.

 Что и говорить, концепция отечественной истории в таком исполнении предстает цельной и, на первый взгляд, непротиворечивой. Да, непротиворечивой, если зритель либо сам является носителем определенной идеологии, либо не слишком хорошо знает отечественную историю, но убежден, что и в школе, и в вузе его «обманывали». Эта вера в обман сродни вере в черную магию. Родилась она на волне перестройки, когда на неподготовленного слушателя и читателя обрушилась масса новой, непривычной информации, разрушавшая устоявшуюся картину мира. А затем появились А.Т Фоменко, Г.В. Носовский, В.М. Кандыба, Сионские протоколы, Дощечки Изенбека, - да что только не обрушилось на голову неподготовленного читателя! Ведь история для рядового потребителя информации – это прежде всего занимательное повествование. Источниковедческая составляющая профессиональной работы остается чаще всего за бортом. Совершенно непонятно, почему одному «рассказу» можно верить, а другому нельзя. Собственно и выставка, где нет экспонатов, это тоже красивый, ярко проиллюстрированный эпос, которому так хочется верить! Новый золотой сон о России, России, которую мы потеряли, но можем вновь обрести.  А между тем…

 Между красивым рассказом и историческими фактами нет состыковок, а иногда лежит пропасть.

 Вспомним начало: пожар Москвы, который стал лейтмотивом выставки, окрасив деятельность заговорщиков и изменников в кроваво-красные тона. Пожар, действительно, был, но произошел он вовсе не в годы правления Лжедмитрия Первого, как можно подумать из сопроводительных надписей, а в годы Семибоярщины, в 1611 году. Это событие действительно стало переломным, разрушив надежды на достижение мира с Речью Посполитой, но ведь до этого были и 7 лет жестокой гражданской войны!

 В советской историографии Смута была искусственно разделена на период крестьянской войны и интервенции Внутренние неурядицы объяснялись внешним воздействием. Эта давно преодоленная концепция лежит в основе рассказа о Смуте. Но современные исследования установили, что говорить о польской интервенции как скрытой пружине самозванческой интриги не приходится. Сигизмунд Третий, который вел войну со Швецией, был заинтересован в сохранении мира с восточным соседом, а движущей силой движения Лжедмитиря Первого стали служилые и вольные казаки северских земель. Названный Дмитрий действительно широко раздавал обещания Сигизмунду III и католической церкви, но воцарившись в Москве, вовсе не спешил их выполнять. Численность польских всадников в войске Первого самозванца была невелика, от 700 до 2 тыс человек[2]. Иностранцы в окружении Самозванца играли роль личной опоры его власти (их можно сравнить с «немцами» в окружении Петра Великого ) и отнюдь не были проводниками воли правящих кругов Речи Посполитой. Отметим, что «поляки» и «литва» о которых пишут русские источники, вовсе необязательно были католиками. Среди них значительная часть – православные жители Речи Посполитой. «У нас в рыцарстве большая половина русских людей», - отмечал в начале 1611 года гетман Ян Сапега[3].

 Более значительна роль выходцев из Польши в войске Лжедмитрия Второго. К начало у 1610 года они составляли более 10 тыс. человек[4]. Но опять-таки это была служилая дворянская мелкота, привлеченная обещаниями Самозванца платить высокое жалование. По авторитетному утверждению современного исследователя, «Ян Петр Сапега руководствовался в первую очередь личными интересами и интересами войска, которым он командовал, а не интересами короля или Речи Посполитой»[5] . Действительными организаторами интриги были бывшие участники движения И.И.Болотникова, в частности, казачий атаман И.М. Заруцкий. Современный исследователь Смуты И.О. Тюменцев приходит к выводу, что «правящие круги Речи Посполитой не принимали никакого участия в подготовке русских самозванцев в 1606-1607 годах»[6].

 

Непростой была и роль Романовых в событиях Смутного времени. Историки, ссылаясь на косвенные данные, не исключают того, что движение первого самозванца было поддержано опальным старомосковским боярским родом. После свержения Годунова Филарет стал митрополитом Ростовским. Поддержав свержение Лжедмитрия, он вскоре начал интриговать против царя Василия Шуйского и, став патриархом тушинцев, стоял «во главе (…) больших чинов и высокой породы» в лагере Вора[7]. В момент распада тушинского лагеря именно Филарет инициировал переговоры с польским королем с целью пригласить на московский престол королевича Владислава. Для переговоров о воцарении Владислава он отправился в Польшу, присягу польскому королевичу принесли и остальные Романовы. Р.Г. Скрынников указал, что «Романовы занимали видное место среди тех, кто «воровал» с Литвой, иначе говоря, был пособником иноземных завоевателей. Боярин Иван Никитич Романов усердствовал в службе царю Владиславу. Стольник Михаил жил на подворье Романовых в Китай-городе у дяди. Инокиня Марфа была при сыне. Стольник не проявлял желания перебраться за стены Кремля и перейти на сторону земских воевод и народа, как то делали сотни дворян»[8]. Из этого, конечно, вовсе не следует, что Романовых надо числить изменниками. В условиях кризиса государственности, как писал С.Ф. Платонов, «московское население думало восстановить порядок признанием унии с Речью Посполитою и поэтому призвало на московский престол королевича Владислава»[9]. Непременным условием возведения королевича на престол был его переход в православие[10]. Это условие патриарх Филарет стойко отстаивал на переговорах с польским королем[11]. Сложные реалии Смуты очень трудно уложить в жесткую схему, где «патриоты» противостоят «изменникам».

 

Крайне тенденциозна и информация о декабристах. Новейшие исследования, и прежде всего книга О.И. Киянской дают материал, позволяющий говорить о жестокости и аморализме одного из руководителей Южного общества П.И. Пестеле[12]. Все так. Но желая, по-видимому, изобразить декабристское движение исключительно «в багровых тонах», организаторы идут на прямые передержки и искажение фактов. Декабризм – филиал международного масонства. Его цель – «истребление царской семьи и «разделение страны на несколько «держав». Начнем с того, что представления о некоей общеевропейской заговорщической организации восходит к книге противника Великой французской революции аббата Баррюэля[13]. Можно говорить об идейном влиянии на общество декабристов форм европейских тайных обществ, но существование некоего общеевропейского тайного общества является, конечно, мифом. Масонское братство, объединяющее людей вне зависимости от сословной или конфессиональной принадлежности, вполне естественно стало матрицей для создания внесословных политических организаций в период перехода от сословного общества к обществу гражданскому[14]. Цель масонов – духовно –нравственное совершенствование человека. Это, скорее консервативный идеал. И неслучайно масоном, как известно, был Н.М. Карамзин, который представлен организаторами мероприятия в качестве положительного персонажа (естественно, без всякого упоминания о масонском прошлом). С другой стороны, портрет просветителя и книгоиздателя  Н.И. Новикова представлен (правда, без пояснительной подписи) в числе злодеев-масонов, врагов страны. Отождествлять всех декабристов с цареубийцами явно неправомерно, а под «расчленением» России авторы, скорее всего, подразумевают план федеративного устройства государства, предложенный Н.М. Муравьевым. В голову закрадывается крамольная мысль: уж не считают ли организаторы выставки создание федеральных округов реализацией масонских замыслов по развалу России?

 

Григорий Абрамович Перетц, крещеный еврей, сын откупщика, действительно в начале 1820-х годов был знаком с декабристом Ф.Н. Глинкой, придерживался либеральных убеждений, но в Союз Благоденствия, по всей вероятности, принят не был. Об организации, которая, по мысли Перетца, должна была действовать параллельно Союзу Благоденствия, известно немного. Общество не имело ни устава, ни общих собраний, а ее члены даже и не знали друг друга. Единственным связующим звеном была личность самого Г.А. Перетца, который периодически посещал принятых в организацию. Слово «хейрут» (свобода) было своеобразным паролем, по которому члены революционной организации могли бы опознать друг друга. При этом, по словам самого Перетца, «надобности таковой не встретилось»[15]. Если даже признать такое странное образование революционной организацией, то следует сказать, что она прекратила свое существование в 1822 г., когда Перетц отошел от общественной деятельности[16].

Точность авторы экспозиции всегда приносят в жертву предвзятой концепции. Вот, скажем, речь идет о рождении российского терроризма. Тут вполне уместной была бы справка, опровергающая широко распространенное представление о нашей стране как родине политического террора. Методы политических убийств широко применялись в европейском освободительном движении задолго до возникновения «Народной воли», а в самой России методы политического террора впервые стали широко использовать деятели польского освободительного движения в период революции 1863 года. Инициаторы выставки, однако, считают родоначальницей терроризма организацию «Свобода или смерть». Посетитель может прочесть, что она является секретной террористической группой (интересно, а бывают террористические группы, действующие открыто, легально?), организованной в 1879 году.   На ее совести, якобы,  убийства множества неповинных людей. Эта справка крайне неточна. Действительно, в период кризиса Земли и воли возникло это общество сторонников политической борьбы в форме террора, но никакими практическими действиями оно себя не проявило, позднее влившись с Народной волей[17]. О составе этой группы ничего не говорится. Может быть, потому, что одним из учредителей ее был Л.А. Тихомиров, активный народоволец, а позднее – раскаявшийся революционер, видный публицист консервативного лагеря, теоретик монархической государственности?  Говорю об этом только для того, чтобы показать: простые схемы редко применимы к живому историческому процессу. Крови было пролито в России немало как правительством, так и революционерами. Зачем же анализ серьезной проблемы подменять очередным мифом?

Собственно, ни о повседневной жизни «низов», ни о положении национальных окраин Империи Романовых никакой информации не содержится. Говорится об отмене крепостного права, но о его установлении, росте численности крепостного населения, постепенном освобождении дворян от обязательной службы посетитель ничего не узнает. Может быть, именно поэтому любые проявления недовольства получают титул «мятежа»? Собственно, один из инициаторов концепции выставки, писатель А.А. Мясников, автор нескольких популярных книг по истории[18], прямо объясняет суть своей концепции: «Движущими инструментами истории являются не революции, а случаи и предательство, за которыми непременно кто-то скрывается»[19].

 Теперь о личностях, которые стали «героями» выставки. Материал распределен по числу царствующих особ. Конечно, значительное место уделено Петру Великому, который предстает верным и набожным сыном Православной Церкви, крупным реформатором, создавшим армию, флот, выигравшим крупную и тяжелую войну. Тут спорить особенно не о чем. Пожалуй, стоило бы сказать о цене реформ, о возможных альтернативах жесткому курсу преобразователя. Но вместо этого мы узнаем об «измене» царевича Алексея. Жестокая семейная (и государственная) трагедия разрешена просто и однозначно[20]!  Подозреваю, что великий преобразователь удостоился высокой оценки прежде всего как государственник, создатель бюрократической машины, а вовсе не как «западник», ценивший личную инициативу.

 Совершенно по-иному выглядит Эпоха великих реформ. О преобразованиях рассказано чрезвычайно сухо, а оценка крестьянской реформы словно заимствована из советских учебников истории. По моему мнению, главный недостаток реформы – ее незавершенность. Она так и не создала полноценной собственности крестьян на землю, не упразднила общину. Консервация сословного крестьянского самоуправления и волостных судов сильно затруднила создание всесословного гражданского общества, без чего реформы были обречены на провал. Вместе с тем не стоит забывать и того, что все же слово «свобода» было произнесено для 20 миллионов бесправных крепостных. Организаторы выставки, однако, главный недостаток преобразований видят в том, что реформа была проведена во имя защиты интересов дворян-помещиков, что является совершенно неверным! Лишенные дарового труда и частично земли, не получившие адекватной компенсации, дворяне с большим трудом могли приспособиться к новым способам хозяйствования!

 Из Великих реформ Александра Второго очень сухо говорится только о земской и судебной реформах. Развитие просвещения, облегчение цензурных тягот, финансовые преобразования, амнистия деятелям тайных обществ – все это осталось вне поля зрения организаторов выставки.

Зато вполне ожидаемо высокую оценку получает деятельность Александра Третьего, миротворца, усмирителя революционного движения, Государя, при котором новый импульс получило развитие российской экономики. Собственно, спорить с устроителями выставки я бы не стал. Действительно, деятельность этого Императора для русских консерваторов начала XX века представлялась золотым временем, подобно тому, как для славянофилов таким же идеалом было царствование Алексея Михайловича. Не стал, если бы они учли и представили еще одно обстоятельство: давая толчок развитию крупной промышленности, правительство одновременно хотело законсервировать традиционную сословную структуру общества. Эти два разнонаправленных вектора не могли не привести к тому жесточайшему системному кризису, который охватил Империю в начале XX века.

 Само собой разумеется, преждевременная и неожиданная смерть Императора вновь объясняется внешними причинами: катастрофа царского поезда в Борках была не чем иным, как следствием покушения на Государя, организованного революционерами. Не беда, что обстоятельства катастрофы были детально расследованы комиссией под председательством А.Ф. Кони, что никто, ни до, ни после революции, не взял на себя ответственности за покушение. Авторы ссылаются на некое известие о покушении на императора, найденное в бумагах генерала Н.Д. Селиверстова, с начала 1880-х годов проживавшего в Париже. Это известие содержится в воспоминаниях В.А. Сухомлинова. Сухомлинов[21] лично генерала не знал, описи его бумаг не осуществлял и, вероятно, передает один из петербургских слухов. Но известие о мнимом покушении соответствует схеме, в согласии с которой золотые годы царя- миротворца были искусственно сокращены   силами, враждебными государству[22].

 

Триумфом самодержавия и одновременно трагедией предстает правление последнего российского императора. Авторы утверждают, что к 1914 году Россия «по уровню жизни и развития Россия отставала только от четырех стран мира». О каких странах идет речь, составители предусмотрительно умалчивают, поэтому трудно сказать, по каким критериям подводился итог. Возьмем итоговые данные, приведенные в капитальном исследовании Б.Н. Миронова. Специально оговорюсь, Б.Н. Миронов считает, что дореволюционная Россия развивалась бурно и динамично, и только война и революция приостановили модернизацию страны. Ученый провел сравнительный анализ семи ведущих стран (Россия, Австрия, Великобритания, Германия, США, Франция, Япония) к 1913 году. ПО уровню грамотности, числу студентов на 10 тыс. человек населения, потреблению мяса, сахара Россия находилась на последнем месте, зато лидировала по потреблению картофеля, что говорит о невысоком жизненном уровне населения[23]. К 1913 году Россия по общему объему промышленного производства занимала 5 место в мире, 6-е по добыче угля и 8-е по производству электроэнергии. Несмотря на аграрную реформу П.А. Столыпина, Россия серьезно отставала от ведущих стран по показателям сбора зерна на душу населения[24].

 Отдельно следует сказать об истории Православия, ведь выставка называется «Православная Русь». По словам ее организаторов, «все русские цари и императоры были еще и главами Русской Православной Церкви». Видимо, именно поэтому Церковь показана, скорее, как часть государственного аппарата. И если политические события сопровождаются яркими инсталляциями, то историю православия сопровождает скучная, лишенная иллюстраций хроника. В ней не нашлось места ни Феофану Прокоповичу, ни священномученику Арсению Ростовскому, который, единственный из иерархов, резко высказался против секуляризации церковных земель. К.П. Победоносцев, яркая и неоднозначная фигура в истории Церкви и государства, представлен преимущественно как консервативный публицист и государственный деятель, а ведь именно он добился перевода духовенства на государственное жалованье, о чем экспозиция, увы, не сообщает!

 Словом, из знаменитой триады более всего «повезло» власти.

 Особо хочу сказать о сопроводительных надписях. Иногда они вызывают недоумение. Вот, например, цитата из Гегеля: « Русские люди добросовестно и безвозмездно трудятся, если в обществе есть нравственная идея, праведная цель». Или высказывание Адама Смита: « Ради праведной идеи русские люди с радостью трудятся». Не правда ли, высказывания похожи до неразличимости! Но ведь ни знаменитый философ, ни не менее знаменитый отец политэкономии в России никогда не бывали и, подозреваю, не особенно интересовались тем, как трудятся крепостные крестьяне далекой и неуютной Империи. Я попробовал установить источник цитат. Увы, усилия мои успехом не увенчались. Впрочем, Александр Мясников, кажется, дал ключ к разрешению вопроса. Отвечая интервьюеру, он признался: «Тексты сопроводительные писал я, но там по большей части цитаты конкретных людей. Там везде подписи есть». Подписи, конечно, есть, а вот источники цитирования не приведены. Впрочем, я далек от того, чтобы заподозрить известного писателя в соавторстве с не менее известными деятелями западной культуры. Скорее всего, А.М. Мясников без надлежащей проверки взял тексты, бесконтрольно гуляющие по интернету!

 Попытаюсь подвести итоги. Выставка, несомненно, вызвала живой интерес. По сведениям ее организаторов, число посетителей достигло почти полумиллиона человек! При этом экспозиция сделана на макетах, инсталляциях, текстах и картинках. Ни одного подлинного экспоната (если, конечно, не принимать во внимание кадров кинохроники) в залах не представлено. Успех (а такое количество посетителей является несомненным успехом) обеспечили в первую очередь новейшие технологии, технологии, рассчитанные на «клиповое» сознание. Яркие, мелькающие картинки не оставляют времени на раздумье.   А ведь стоит только остановиться и задуматься, как  противоречия сразу же бросятся в глаза! Если «все» дворцовые перевороты были связаны с масонами, то как же можно положительно оценивать деятельность Елизаветы Петровны, Великой Екатерины и Благословенного Александра? Если Империя в начале XX века переживала время расцвета и динамично развивалась, то неужели усилий только 5 масонов да 3 разрушителей-революционеров (Ленин-Троцкий- Парвус) было достаточно, чтобы разрушить гармонию?

 Куратор выставки архимандрит Тихон (Шевкунов) заявил, что организаторы ставили целью «максимально полно и честно рассказать людям о жизни правителей из семейства Романовых, не занимаясь идеализацией, но и пытаясь расчистить эти пласты истории от трудов усердных очернителей»[25]. К сожалению, эти благие намерения успехом не увенчались. Достаточно простой (и, скорее, примитивной ) идее, идее сильной государственности, были принесены в жертву и Романовы, и история Церкви, и народ России.

 К большому сожалению, в оформлении экспозиции встречаются не только искажения и неточности «идеологического» характера, но и такие, которые свидетельствуют об элементарной небрежности. Я понимаю, что ошибки и неточности в такой большой работе неизбежны. Но ведь выставка работает не первый день и даже не первый месяц. Как можно было не заметить, что текст, характеризующий Остермана, использован в качестве подписи под изображением «отца русской истории» В.Н. Татищева?! Ф.Ф. Трепов был не московским, а петербургским градоначальником. Он стал жертвой покушения Веры Засулич, но остался живым, а не пал «от рук террористов», как сообщает сопроводительная надпись. Иногда иллюстрации (к примеру, сопровождающая текст о восстановлении власти воевод при Екатерине Первой ) относятся явно к другой эпохе.

 Совершенно очевидно, что теории тотального заговора, национального превосходства апеллируют к глубинной иррациональной сущности человека, в концепцию и не нуждаются в верификации, более того, они ей враждебны. Но эти же концепции противоречат и глубинным пластам подлинной религиозности. Игумен Вениамин (Новик) выделял два типа религиозного сознания. Первый тип связан прежде всего с ритуально-обрядовой стороной, обращается к интуитивно-чувственному характеру религиозного опыта. Этот вид религиозности обращается к чувству единства со своим домом, родиной и нелюбви к «чужакам». Сторонники этого типа религиозности обычно выступают приверженцами «пирамидальной» системы власти, а сила воспринимается (и почитается) мистически. По мнению о. Вениамина, такое восприятие мира укоренено в язычестве, является «шатовщиной», умалением вселенской роли Православия. Второй тип религиозности   основан на чувстве вселенского универсализма, любви ко всем без исключения людям, включая врагов[26]. Без всякого сомнения, первый тип сейчас преобладает. И в борьбе с искушениями национализма просвещение светское и просвещение религиозное могут и должны идти рука об руку.

 Разумеется, если бы эта выставка отражала уровень исторического сознания и исторической памяти ее создателей- А.Мяснкова и архимарндрита Тихона, то в этом не было бы ничего страшного. Однако   в качестве ее организаторов заявлена Московская патриархия, Министерство культуры, Правительство Санкт-Петербурга. Невольно возникает вопрос: неужели материалы не прошли научной экспертизы, а концепция выставки отражает, так сказать, государственную точку зрения? Но в историко-культурном стандарте, который вызвал так много споров, совершенно справедливо говорится, что «революции и гражданские войны являются не результатом внешнего или внутреннего заговора, но следствием объективно существующих противоречий внутри страны». В недоумении останавливаешься перед этими противоречиями. Или, быть может, организаторов привлек своеобразно понимаемый патриотизм, который (вновь процитирую Стандарт) «имеет цель воспитать у молодого поколения чувство гордости за свою страну, за ее роль в мировой истории»? Но тут хотелось бы напомнить известную резолюцию Императора Николая Второго касающуюся «Протоколов сионских мудецов». Узнав, что текст документа – грубая фальшивка, Государь написал: «Нельзя чистое дело защищать грязными способами».

 Я покинул павильоны Ленэкспо довольно поздно, утомленный обилием впечатлений, испытывая противоречивые чувства. Вместе со мной вышла довольно большая группа экскурсантов, а по улице все еще тянулся длинный хвост желающих попасть на выставку. Почему-то из глубин памяти всплыли строчки:

 

            Из густо отработавших кино,

             Убитые, как после хлороформа,

             Выходят толпы -- до чего они венозны,

             И до чего им нужен кислород...

 

[1] Шульгин В.В. Три столицы. М., 1991.   С. 317.

 [2] Скрынников Р.Г. Социально-политическая борьба в русском государстве в начале XVIIв. Л., 1985. С. 265; Флоря Б.Н. Польско-литовская интервенция в России и русское общество. М., 2005. С. 60.

 [3] Флоря Б.Н. Образ поляка в древнерусских памятниках// Флоря Б.Н. Польско-литовская интервенция в России и русское общество. М., 2005. С. 382.

 [4] Флоря Б.Н. Польско-литовская интервенция в России и русское общество. М., 2005. С, 71.

 [5] Там же. С. 73.

 [6] Тюменцев И.О. Смута в России в началеXVII столетия. Движение Лжедмитрия II. Волгоград, 1999. С. 84.

 [7] Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве. М., 1937. С. 316.

 [8] Скрынников Р.Г. Михаил Романов. М., 2005. С. 95.

 [9] Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты... С. 341-342.

 [10] Козляков В. Н. Смута в Росси. XVII в. М., 2007. С, 306-307.  

 11] Скрынников Р.Г. Михаил Романов. С. 75.

 12] Киянская О. И. Павел Пестель: Офицер, разведчик, заговорщик. М., 2002.

 [13] Баррюель О., аббат. Вольтеианцы, или история о якобинцах, открывающая все противухристианские злоумышления…. : в 12 ч. М., 1805-1809.

 14] Подробнее см.: Андреева Т.В. Тайные общества в России в первой трети XIX в. : правительственная политика и общественное мнение. СПб., 2009. С. 242-255. Бокова В.М. Эпоха тайных обществ. Русские общественные объединения первой трети XIX в. М., 2003.

 15] Восстание декабристов. Т. 20. М., 2001. С. 72.

 [16] Бокова В.М, Эпоха тайных обществ. М., 2003. С 300-304.

 [17] Подробно о ней см: Якимова В. А Группа «Свобода или смерть»//Каторга и ссылка. 1926. №. С. 14-16; Троицкий Н.А. крестоносцы социализма. Саратов, 2002. С. 243-244.

 [18] Мясников А.А. Властители отечества. М., 2012; Он же. Сто великих достопримечательностей Москвы. М., 2012; Он же. Сто великих достопримечательностей Санкт-Петербурга. М., 2011.

 [19] См.: http://www.veche.ru/news/show/332/ (последняя дата обращения 11 марта 2014).

 [20] О возможных альтернативах реформ и «деле» царевича Алексея см.: Гордин Я.А. Меж рабством и свободой. СПб., 1994.

 [21] Сухомлинов В.А. Воспоминания. Минск, 2005. С. 121-122.

 [22] Об обстоятельствах катастрофы подробнее см.: Эдельман О. Крушение царского поезда// Отечественные записки. 2002. № 2.

 [23] Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи. Т. 2. СПб., 2003. С. 383-390.

 [24] Самохин Ю.М. Экономическая история России. М., 2001. С. 137-159.

 [25] http://expert.ru/expert/2013/47/stereotipyi-proshlyie-i-nyineshnie/ (последняя дата обращения: 13 марта 2013 года).

 [26] Вениамин (Новик), игумен. Актуальные проблемы российского православного церковного сознания// http://www.uusikotimaa.org/14/127.htm ( дата обращения 12 03 2014).

117