Cookies помогают нам улучшить наш веб-сайт и подбирать информацию, подходящую конкретно вам.
Используя этот веб-сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем coockies. Если вы не согласны - покиньте этот веб-сайт

Подробнее о cookies можно прочитать здесь

 

Тихонов В.В. "Это - новое в истории войн. Сталинград!"

Тихонов В.В. "Это - новое в истории войн. Сталинград!". Рец.: Сталинградская битва: Свидетельства участников и очевидцев (по материалам Комиссии по истории Великой Отечественной войны) / Под ред. Йохена Хелльбека. М.: Новое литературное обозрение, 2015. 672 с. // Историческая Экспертиза. № 4. 2015. С. 105-109.

 

«<…> Линия обороны проходит здесь через сердца русских людей. Что это значит, — немцы узнали за шестьдесят дней боев. Они бормочут: Верден. Это не Верден. Это — новое в истории войн. Сталинград!», — писал журналист Е. Кригер в октябре 1942 г. Образ грандиозной битвы давно стал неотъемлемым компонентом исторической памяти русских и немцев.

О Сталинградской битве написаны сотни научных монографий и статей, опубликовано множество мемуаров и художественных произведений, и все же такой книги еще не было. Издание, подготовленное известным специалистом по советской истории Й. Хелльбеком и его сотрудниками (в подготовке книги участвовали К.С. Дроздов, Д.Д. Лотарева, С.В. Маркова, Д. Файнберг) и довольно громоздко озаглавленное как «Сталинградская битва: Свидетельства участников и очевидцев (по материалам Комиссии по истории Великой Отечественной войны)», безусловно, станет важной вехой в изучении не только самой битвы, но и войны в целом. Сыграет она и большую роль в популяризации нового исследовательского ракурса на, казалось бы, уже хорошо известные события. Уже сейчас книга вызвала значительный интерес средств массовой информации.

Ее уникальность заключается даже не в концептуальных новациях, которых тоже немало, а в специфике источников, ставших ее основой. Базисом книги являются стенограммы интервью участников Сталинградской битвы, сохранившиеся в фонде Комиссии по истории Великой Отечественной войны, работавшей под руководством историка И.И. Минца (поэтому также известной как Комиссия И.И. Минца) и являвшейся последним из череды советских проектов по инициативному документированию текущей эпохи. Фонд хранится в Научном архиве Института российской истории РАН и включает около 16 тысяч дел. Примерно четверть документов фонда представляют собой записи бесед с непосредственными участниками событий, сделанные сотрудниками Комиссии по горячим следам [Вклад историков… Гл. 2, 2015; Лотарева, 2014: 123–166].

После войны собранный материал оказался невостребованным. Причина заключалась в том, что рассказы, записанные непосредственно во время войны, плохо вписывались в заданные позднее социальные рамки памяти (если использовать термин М. Хальбвакса) и выпадали из героического мифа о ней.

Среди собранных материалов многие стенограммы интервью касались Сталинградской битвы. Сотрудники Комиссии работали в Сталинграде с конца декабря 1942 до начала января 1943 г. Всего было опрошено 215 свидетелей. По возможности (с учетом ограниченности сил самой Комиссии) был охвачен самый широкий круг респондентов, начиная от советского командования и заканчивая немногочисленными мирными жителями, оставшимися в городе. Множество застенографированных бесед с участниками событий позволяют объемно, глазами самих свидетелей, взглянуть на величайшую битву столетия. Кроме того, были собраны некоторые материалы, связанные непосредственно с противником (например, протоколы допросов немцев).

Но собранные интервью мало соответствовали уже тогда складывавшемуся канону описания грандиозной битвы, поэтому стенограммы практически не использовались в последующих исследованиях. Даже после конца советской эпохи историографическая инерция продолжалась довольно долго. Появившиеся историко-антропологические исследования, посвященные войне, по каким-то причинам игнорировали стенограммы Комиссии. Поэтому обращение к этим документам и введение хотя бы их части в научный оборот следует признать несомненным прорывом.

Книга имеет сложную композицию: она включает исследовательские (посвященные в первую очередь историографическим и источниковедческим сюжетам) и документальные разделы. Большое введение (почти на 150 страниц!) включает оценку сложившейся историографической ситуации в изучении Сталинградской битвы. Авторский коллектив постулирует свою приверженность такому исследовательскому ракурсу как изучение «советской субъективности», когда в центре внимания оказывается внутренний мир советского человека и его отношение к окружающей действительности. При изучении феномена «советской субъективности» особый интерес вызывают практики психологического «встраивания» человека в советское общество [Kotkin, 1995; Halfin, 2003; Hellbeck, 2006]. Для изучения указанного феномена стенограммы Комиссии оказались крайне интересным и информативным источником. Кроме того, дается подробная история Комиссии, научный и политический контекст ее деятельности.

Второй раздел — «Солдатский хор», содержит свидетельства очевидцев о Сталинградской битве. Он составлен из отрывков интервью, дающих описания одних и тех же событий разными людьми. В результате получается живая и объемная картина. Третий раздел — «Девять рассказов о войне» — предлагает опубликованные полностью рассказы свидетелей. Наконец, четвертый раздел — «Говорят немцы» — включает протоколы допросов немецких военнопленных, а также дневник неизвестного немецкого ефрейтора. Пятый — «Война и мир» — повествует о послевоенной судьбе Комиссии.

Авторы-составители предоставили возможность говорить самим документам, занимая позицию их комментаторов. В этом смысле издание можно назвать документальной монографией, включающей как разделы, в которых исследовательский текст тесно переплетается с большими отрывками из первоисточников, так и разделы, в которых стенограммы бесед с участниками событий, надлежащим образом откомментированные, публикуются полностью. Такой подход следует признать удачным, поскольку это позволило максимально полно представить сами интервью, показать весь их колорит и продемонстрировать информационный потенциал.

По признанию самого автора-составителя и руководителя проекта Й. Хелльбека, при структурировании материала его вдохновил фильм Акиры Куросавы «Расёмон», построенный на показаниях свидетелей одного и того же события. Так и в этой книге по возможности были представлены рассказы всех тех, кого удалось опросить сотрудникам Комиссии. Не все стенограммы вошли целиком из-за понятных ограничений в объеме издания. Тем не менее, одни и те же события, благодаря привлечению разных свидетельств, авторам-составителям удалось показать с разных ракурсов. «Уплотненные в разноголосое повествование события, мысли и чувства не только читаются с большим интересом, но и выглядят убедительно — именно потому, что сменяющие друг друга собеседники подтверждают и дополняют рассказы друг друга» (с. 143), — отмечает Й. Хелльбек.

В книге дается нарезка из рассказов об эвакуации Сталинграда, неудачном Латошинском десанте. Особый интерес должны вызвать описания пленения фельдмаршала Фр. Паулюса. На страницах издания помещены стенограммы интервью командующих В.И. Чуйкова, А.И. Родимцева, простой медсестры Веры Гуровой, знаменитого снайпера Василия Зайцева и др. В них предстают различные аспекты военных будней: повседневная жизнь, боевые операции, образ врага, взаимоотношения людей и т. д.

Особо можно выделить интервью историков Николая Аксенова и в будущем знаменитого специалиста по истории России XIX в. П.А. Зайончковского. Их уникальность заключается в яркости описания процесса «переживания» истории, когда Сталинградская битва осмысливалась в контексте исторической памяти о героических страницах русской истории, в первую очередь войны 1812 года. Таким образом, стенограммы фиксируют рождение мифа о Сталинграде.

Опубликованные материалы обладают несомненным обаянием достоверности. Тем не менее, в книге не был однозначно решен ряд важных проблем: насколько искренне интервьюируемые отвечали на вопросы, насколько соотносится язык стенограмм с реальным повседневным солдатским языком. Именно на эти вопросы делают основной акцент скептики, считающие, что интервью не передавали реальных настроений, а интервьюируемые говорили то, что от них хотели услышать. Не вдаваясь в источниковедческую дискуссию, все же подчеркну, что исследовательская практика позволяет довольно оптимистично смотреть на информационный потенциал стенограмм [Вклад историков… Гл. 3, 2015]. Но важно подчеркнуть, что перед нами эго-документы, поэтому вопрос о репрезентативности должен решаться на индивидуальном уровне по отношению к каждому интервью и при обязательном привлечении известных документов, касающихся затронутых в нем сюжетов, фактов и проблем.

Первоначально книга вышла на немецком [Hellbeck, 2012] и английском языках и только сейчас появилась на русском. Ее «зарубежное» происхождение бросается в глаза сразу. Она адресована в первую очередь западноевропейскому читателю, в особенности немецкому, и направлена на развенчание сформировавшихся у него мифов о Сталинграде. Во-первых, это миф о жертвенности немецких солдат, в котором просто не находилось места тем страданиям, которые испытали жители города, и героизму советских бойцов. Во-вторых, это миф, запечатленный на страницах книг Э. Бивора и в фильме «Враг у ворот», о рабской покорности советского солдата, идущего в бой под прицелом политрука и заградотрядов.

В противовес этому на основе интервью участников показываются страдания местных жителей в первые дни битвы за Сталинград. Встречаются поражающие своей сюрреалистичностью случаи: «Выбили немцев из одного блиндажа, уничтожили эту огневую точку, но в этот блиндаж не зашли в этот день. На второй день к вечеру вошли в этот блиндаж. Там оказалась девочка семи или восьми лет, которая лежала между трупами. Как только зашли туда, она закричала — возьмите меня, мне холодно с ними. Мать ее была убита» (рассказ коменданта Сталинграда майора В.Х. Демченко) (с. 197).

Касаясь вопроса о мотивации советского солдата, Й. Хелльбек показывает высокую мобилизующую роль политического воспитания. Он обосновывает огромную роль политруков в формировании сознательного героизма солдат. Особое внимание уделяется мотиву искупления вины, культивировавшемуся в советских войсках (отсюда и знаменитые штрафбаты). Тем не менее, в книге наглядно демонстрируется, что фронт держался не только на сознательной воле людей, но и на жесткой военной дисциплине и отчасти репрессиях, хотя и масштабы их часто чрезмерно преувеличиваются.

В заключение хотелось бы подчеркнуть, что документальность книги превращает ее чтение в увлекательный и напряженный процесс. Свидетельства непосредственных участников передают и оживляют страшные дни сталинградской эпопеи. Стоит отметить и широкое привлечение фотографий в качестве иллюстративного материала, что позволяет дополнить эффект погружения. Удачным дополнением являются и карты Сталинградской битвы, позволяющие увидеть топонимику сражений и их динамику.

Выпущенная книга станет не только объектом подражания (в чем лично я не сомневаюсь) и предметом дискуссий (в чем тоже не сомневаюсь), но и останется важным источниковым ресурсом для исследователей Великой Отечественной войны, в особенности тех, кого волнует проблема человека на войне. Также можно надеяться, что издание привлечет внимание исследователей к уникальному архиву Комиссии по истории Великой Отечественной войны. В ее фонде сохраняется колоссальный массив стенограмм интервью с участниками битвы под Москвой (в том числе посвященных подвигу панфиловцев); материалы, связанные с Героями Советского Союза, их интервью и рассказы очевидцев (уже опубликованы стенограммы интервью летчиков-покрышкинцев [Марчуков, 2014]). Большой объем стенограмм посвящен Курской битве, штурму Берлина и т. д. Отдельные разделы фонда посвящены партизанскому движению и оккупированным территориям. Изучение и введение в научный оборот этих документов позволяет пересмотреть множество исторических мифов.

REFERENCES

Halfin I. Terror in My Soul. Cambridge, 2003.

Hellbeck J. Die Stalingrad Protokolle: Sowjetische Augenzeugen berichten aus der Schlacht. Frankfurt a/M., 2012.

Hellbeck J. Revolution on My Mind: Writing a Diary under Stalin. Cambridge, 2006.

Kotkin S. Magnetic Mountain. Stalinism as a Civilization. Berkeley, 1995.

Lotareva D.D. Komissija po istorii Velikoj Otechestvennoj vojny i ejo arhiv: rekonstrukcija dejatel’nosti i metodov raboty // Arheograficheskij ezhegodnik za 2011 g. Moscow, 2014. S. 123–166.

Marchukov A.V. Geroi-pokryshkincy o sebe i svojom komandire. Pravda iz proshlogo. 1941–1945 gg. Moscow, 2014.

Vklad istorikov v sohranenie istoricheskoj pamjati o Velikoj Otechestvennoj vojne (na materialah Komissii po istorii Velikoj Otechestvennoj vojny AN SSSR, 1941–1945 gg.) / Otv. red. S.V. Zhuravlev. Moscow, 2015.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Вклад историков в сохранение исторической памяти о Великой Отечественной войне (на материалах Комиссии по истории Великой Отечественной войны АН СССР, 1941-1945 гг.) / Отв. ред. С.В. Журавлев. М., 2015.

Лотарева Д.Д. Комиссия по истории Великой Отечественной войны и её архив: реконструкция деятельности и методов работы // Археографический ежегодник за 2011 г. М., 2014. .

Марчуков А.В. Герои-покрышкинцы о себе и своем командире. Правда из прошлого. 1941–1945 гг. М., 2014.

Kotkin S. Magnetic Mountain. Stalinism as a Civilization. Berkeley, 1995.

Halfin I. Terror in My Soul. Cambridge, 2003.

Hellbeck J. Die Stalingrad Protokolle: Sowjetische Augenzeugen berichten aus der Schlacht. Frankfurt a/M., 2012.

Hellbeck J. Revolution on My Mind: Writing a Diary under Stalin. Cambridge, 2006.

 

 

185