Понарин П. В. Рец.: Верт П. Православие, инославие, иноверие: очерки по истории религиозного разнообразия Российской империи. М.: Новое литера

Понарин П. В. Рец.: Верт П. Православие, инославие, иноверие: очерки по истории религиозного разнообразия Российской империи. М.: Новое литературно обозрение, 2012. — 280 с. // Историческая Экспертиза. 2014. № 1. С. 140-143.

 

Сегодня издается немало работ по конфессиональной истории Российской империи, достойных признания научного сообщества. Книга Пола Верта относится именно к числу таких исследований. 

Работы зарубежных ученых по русской религиозной и церковной истории имперского и советского периодов значительно расширяют представления о возможных подходах к пониманию обозначенной темы. Следует признать, что изучение истории ведущей конфессии страны — Русской Православной Церкви — в настоящее время не является ведущим направлением работ западных авторов. Желание отечественных авторов отождествить историю религии, духовенства, церкви с историей Русской Православной Церкви в контексте постсоветского развития России понятно, но, по мнению американского историка Пола Верта, «в научном отношении вряд ли плодотворно: достаточно напомнить, что для проектирования реформ в православной церкви в XIX веке, как показано в лучших работах по данной теме, большое значение имело состязание православия с католицизмом в западных губерниях. Кроме того, нередко историки, изучающие православие, забывают о множестве его нерусских последователей на Кавказе, в Поволжье и других регионах…»[1].

Такая позиция совсем не означает, что прошлое Русского Православия не интересует американских и европейских историков-славистов. Напротив, они находятся в постоянном поиске новых тем, объясняющих непростое социальное, культурное и политическое развитие Российской империи, успешность которого во многом зависела от решения религиозных противоречий. А Русская Церковь сама порождала противоречия и одновременно являлась заложницей патерналистской системы управления. Естественно, что отказываться от изучения истории господствующей конфессии западные авторы не могут по объективным причинам.

Поэтому не случайно основной идеей книги Пола Верта стало признание религиозного разнообразия Российской империи в качестве ведущей доминанты ее развития.

Хотелось бы обратить внимание на некоторые мысли американского ученого, которые сегодня представляются актуальными и могут быть восприняты в качестве исследовательского ориентира отечественными историками. Конечно, каждый из нас ищет в научном издании, прежде всего, мысли, расширяющие индивидуальный научный интерес. Меня заинтересовал предпринятый ученым анализ конфессиональной политики имперского государства до 1917 года и особенно выводы автора, характеризующие «конфессиональное измерение имперского управления».

П. Верт обращает внимание на сложное переплетение двух взаимозависящих понятий – национальной и религиозной идентичности — и на проблему управления конфессиональным разнообразием со стороны имперского государства. Он пишет: «…я доказываю, что если государство и сделало важные уступки религиозным устремлениям поданных империи, то оно, тем не менее, не сдавало своих прерогатив в качестве верховного арбитра по вопросу конфессионального статуса и, следовательно, оставалось глубоко вовлеченным в религиозные дела подданных»[2].

В его понимании возрастание значения этничности постепенно ослабляет религиозную идентичность как основу классификации населения (религия – маркер идентичности). Верт приходит к выводу, что либерализация конфессионального строя в 1905 г., связанная с изданием указа о веротерпимости от 17 апреля 1905 г.,должна была привести к укреплению намерения властей учитывать собственную религиозную самоидентификацию подданных, а также, к пониманию правительством Николая IIглубокого кризиса в вероисповедной сфере.

Рассуждая о противоречиях конфессиональной составляющей измерения имперского управления,П. Верт, характеризуя период 1900–1905 гг., отмечает: «Перед самодержавием стояла задача построить порядок, достаточно единообразный для того, чтобы гражданские дела в стране решались последовательно и непротиворечиво, и при этом также институционализировать конфессиональные различия, которые оно считало политически важными и пригодными для манипулирования»[3]. Обращаясь к проблеме документальной фиксации подданных в Российской империи, то есть учета не просто количества проживающего населения, но его национальной, а главное – вероисповедной принадлежности, историк приходит к выводу, что метрические книги имели свою пользу, являясь специфическими актами гражданского состояния. Этот вывод не нов, но американский историк усматривает и другую особенность метрического книги как инструмента фиксации: с помощью них самодержавное государство «стремилось укреплять религиозную дисциплину среди своих подданных независимо от их вероисповедной принадлежности». Однако нам представляется спорным это утверждение, потому что метрические книги учитывали лишь формальную принадлежность жителя империи к Русской Православной Церкви, но никак не укрепляли религиозную дисциплину, ведь в условиях неразвитости системы актов гражданского состояния на рубеже XIX-XX вв. это была единственная возможность зарегистрировать, например, факт рождения. Проблему укрепление религиозной дисциплины внутри РПЦ в предреволюционный период можно исследовать на основе только комплекса источников: метрических книг, исповедных листов, отчетов благочинных.

Главы в работе П. Верта расположены не систематически, в силу того что издание представляет сборник статей ученого, выходивших на английском языке с 1997 по 2008 г. Но разделы книги связаны одной общей идей – религиозным разнообразием – и потому особенно интересны.

Разделов в работе три: I. Границы между верами и их пересечение; II. Этническое разнообразие внутри православия; III. Конфессиональное измерение имперского управления.

Заявленные большие темы П. Верт раскрывает через обращение к более частным проблемам, которые подтверждают тесное переплетение и взаимовлияние православия, инославия и иноверия в религиозном дискурсе Российской империи конца XIX-начала XXвв. Так, границы между верами и их пересечение, исследуются американским автором на примере перехода язычников-марийцев в христианскую веру (глава 1); смену веры или переход из православия в инославные и нехристианские конфессии (глава 2). Этническое разнообразие внутри православия автор характеризует через историю грузинской автокефалии и этнического дробления православного сообщества (глава 3); религиозный мир «крящен» и проблему «отпадения» (глава 4). Более исследованным представляется тема конфессионального измерения имперского управления. Верт ее рассматривает через изучение актов гражданского состояния в контексте имперского порядка (глава 5), юридического регулирования смешанных браков до 1917 г. (глава 6), история армянского каталикоса Эчмиадзина как подданного русского императора (глава 7).

Обратим внимание на некоторые интересные выводы американского ученого. Так, характеризуя этническое разнообразие внутри Православия, историк обращаются к прошлому грузинской автокефалии – примеру, подтверждающему процесс этнического дробления православного мира империи. П. Верт проводит интересные параллели между каноническими устремлениями грузинского духовенства, требовавшим установление автокефалии в 1902–1905 гг. и русского клира в 1905–1917 г., заявлявшего следкющее : «Если для грузин уважение к канону означало восстановление территориальной автокефалии их церкви, то русское требование санкции церковного собора было, судя по всему, не менее искренним»[4]. Интерес представляет и исследование американским ученым православно-христианской идентичности крещеных татар или крящен, образовывавшейся в результате отхода многих крещеных татар от комплекса «мусульманских и местных тюркских («языческих») практик, обусловивших их подчинение духовной власти церкви».

Обращение к работе Пола Верта, несомненно, полезно ученым, которые интересуются русской церковной историей: оно позволит преодолеть некоторую схематичность мышления современной отечественной историографии по проблемам конфессиональной истории России, поможет обнаружить новые дискурсы научного понимания сложных процессов, происходивших в религиозной жизни России в имперский и советские периоды.

[1] Верт П. Православие, инославие, иноверие: Очерки по истории религиозного разнообразия Российской империи/ Пол Верт; перевод с англ. Наталии Мишаковой, Михаила Долбилова, Елизаветы Зуевой и автора; научный ред. М. Долбилов. М.: Новое литературно обозрение, 2012. — 280 с.

[2] Верт П. Указ. соч., С. 45.

[3] Верт П. Указ. соч., С. 121.

[4] Верт П. Указ. соч., С. 92.

59