Медоваров М.В. Князь-гражданин или enfant terrible русского консерватизма?

Медоваров М.В. Князь-гражданин или enfant terrible русского консерватизма? Рец.: Пронина И.А. Князь В.П. Мещерский: консервативная оппозиция Великим реформам. Волгоград: Волгоградское научное издательство, 2013. 208 с. // Историческая Экспертиза. № 1. 2016. С. 167-171

Современная[1] историография русского консерватизма XIX — начала XX в. крайне обширна, разнообразна и охватывает огромное множество персоналий как первого, так и второго ряда. Количество научных и популярных работ, посвященных К.Н. Леонтьеву, И.С. Аксакову, М.Н. Каткову, К.П. Победоносцеву, уже не поддается точным подсчетам, но и многие фигуры меньшего масштаба успели обзавестись собственной солидной традицией изучения, публикации, комментирования. На этом фоне достаточно редки те фигуры «первого эшелона» русских консерваторов, которые оказались в непропорционально большой степени обделены вниманием исследований. Среди них особо выделяются Т.И. Филиппов и князь В.П. Мещерский. По своему влиянию на верховную власть в эпоху Александра III и Николая II они были успешными соперниками К.П. Победоносцева, и тем поразительнее тот факт, что, к примеру, в одной из фундаментальных работ по русскому консерватизму данного периода внук великого Карамзина упоминается лишь эпизодически, а сблизившийся с ним Филиппов вообще не упоминается (Репников 2007).

Перед нами — одна из относительно недавних книг, которая призвана отчасти закрыть эту лакуну. Согласно замыслу И.А. Прониной, целью ее исследования должен был стать всесторонний анализ общественно­политической деятельности В.П. Мещерского в 1870­е гг. Нельзя не отдать должное самостоятельности научных поисков автора рецензируемой книги, однако с самого начала в ее труде обнаруживается слабое место — историографический раздел.

Во­первых, монография И.А. Прониной основана на тексте ее кандидатской диссертации, защищенной в 2002 г., и ряда статей, написанных до 2006 г. включительно, и потому в тексте полностью отсутствуют упоминания нового издания сборника статей Мещерского (Мещерский 2004); переиздания под одной обложкой дореволюционного трехтомника его воспоминаний (Мещерский 2003); наконец, уникального комментированного издания статей Победоносцева периода его сотрудничества в «Гражданине» (Победоносцев 2010), удостоившегося высокой научной оценки (Китаев 2016: 171–173). Обойдена вниманием и замечательная монография о Победоносцеве, в которой содержится немало проницательных суждений о его взаимоотношениях с Мещерским (Полунов 2010: 151, 202, 206, 284–285).

Во­вторых, даже в той части своей монографии, где И.А. Пронина рассматривает статьи своих предшественников (Петров 1998; Дронов 2001; Черникова 2001), ее критика в их адрес звучит противоречиво и неубедительно. Так, автор одновременно нападает на И.Е. Дронова за то, что он считает взгляды Мещерского 1860­х гг. близкими к либерализму и англомании (с. 9), а у Н.В. Черниковой находит то солидарность с позицией Дронова (с. 183), то, напротив, утверждение неизменности консервативных взглядов на протяжении всей жизни князя (с. 10). Остается непонятным, почему И.А. Пронина считает несовместимыми восхищение Екатериной II с восхищением Николаем I у Мещерского (с. 10). Кроме того, автору монографии остались неизвестными новые статьи упомянутых авторов последних лет (Дронов 2010; Черникова 2010; Черникова 2014). А ведь именно в них весьма полно рассмотрена история журнала «Гражданин», с большой остротой поставлены вопросы о либерализме молодого Мещерского в 1860­е гг. и о его пресловутом гомосексуализме, в конце XIX — начале XX в. ставшем едва ли не главной причиной разрыва большинства консерваторов с «гражданином Содома». Впрочем, эти статьи также грешат тем, что в них нет ссылок на диссертацию и статьи И.А. Прониной.

В то же время книге И.А. Прониной присущ целый ряд достоинств, которые делают ее незаменимой даже на фоне рассмотренной выше, выросшей за последние годы, но все­таки еще поразительно скудной историографии жизни и деятельности В.П. Мещерского.

Прежде всего, следует отметить солидную источниковую базу исследования И.А. Прониной (с. 14–19), из которой, впрочем, преднамеренно исключены художественные произведения князя. Но важен сам факт того, что на фоне блестящих, но всё же весьма ограниченных по объему биографических статей С.В. Петрова, И.Е. Дронова, Н.В. Черниковой, в которых бегло охватывается весь жизненный путь Мещерского, труду И.А. Прониной принадлежит честь быть вообще первой монографией по данной теме, притом посвященной в основном очень ограниченному периоду 60­х — 70­х гг. XIX в. Значимость первопроходческого монографического исследования невозможно переоценить.

В книге И.А. Прониной детально рассмотрена история первого «Гражданина» (1872–1879): проанализированы финансовые, цензурные, организационные хлопоты Мещерского, выявлен круг сотрудников журнала, в отдельном приложении под названием «Последний год “Гражданина”» рассмотрены попытки В.Ф. Пуцыковича спасти гибнущий журнал в 1878–1879 гг. (с. 169–180). Тем самым создан важнейший задел для будущих исследований второго «Гражданина» (1882–1914) и сравнения социально­политических программ раннего и позднего Мещерского. А эти программы не могли не быть различными, ибо если на первом этапе Ф.И. Тютчев, Ф.М. Достоевский, Н.Н. Страхов, К.П. Победоносцев, Т.И. Филиппов сплотились вокруг фигуры князя, то в дальнейшем пути всех перечисленных консерваторов будут расходиться всё дальше и дальше, пока не перейдут в стадию взаимной ожесточенной вражды и ненависти к концу 1880­х гг. Известно, как тяжело будет переживать этот разрыв сам князь, мечтая о «возврате к старому доброму времени» единства с тем же Победоносцевым (Мещерский 1888) — но семена раскола были посеяны уже в первые два года издания «Гражданина», как это и показывает И.А. Пронина (с. 43–44). В то же время автор абсолютно справедливо воздает должное способностям князя, который сумел более шести лет удерживать на плаву журнал, которому по аналогии со многими другими изданиями эпохи Александра II предрекали быстрое закрытие и который, тем не менее, умер вовсе не «своей смертью» (с. 65).

Помимо «Гражданина» в сферу внимания И.А. Прониной попал и весь комплекс публицистики Мещерского 60­х – 70­х гг. XIX в. Логичным и продуманным представляется анализ отношения князя к крестьянской, земской, судебной и образовательной реформам во второй главе монографии (с. 67–110), при этом особое внимание уделяется смелости мыслителя, вопреки цензуре и желаниям министров допускавшего на страницах своего журнала крайне резкую критику тех или иных преобразований. Сюда же по смыслу тесно примыкает третья глава, посвященная взглядам Мещерского на дворянский, крестьянский, церковный и женский вопрос в пореформенной России (с. 128–160).

Вторая глава завершается крайне важным теоретическим разделом (с. 111–127), в котором проанализированы стадии перехода Мещерского от восхищения реформами в начале 1860­х гг. ко всё более и более критичному отношению к ним. При этом, правда, мы не можем согласиться с выводом о том, что «было бы ошибкой приписывать Мещерскому либеральные устремления хотя бы и в юности» (с. 112). На наш взгляд, Мещерский не был исключением на фоне своих современников: ведь, пожалуй, абсолютно все лидеры русского консерватизма 70­х — 90­х гг. XIX в. ранее, в начале царствования Александра II, восторженно приветствовали крах николаевской системы и начало реформ. Даже те, кто до Крымской войны был убежденным консерватором, в послевоенное десятилетие в той или иной степени открылись либеральным веяниям; для молодого поколения 20­х — 30­х гг. рождения, к которому принадлежал и Мещерский, это тем более верно. Разочарование в результатах реформ очень медленно и постепенно приходило к ним на протяжении 60­х гг. и окончательно трансформировалось в новый, пореформенный консерватизм не только и даже не столько в катковских или околославянофильских изданиях, сколько именно в «Гражданине» Мещерского с его призывом «поставить точку в реформах» и прозвучавшими в журнале строками Победоносцева: «Всё, что когда­то, в минувшие годы, поднималось к небу блестящей ракетой и потом черной палкой упадало обратно на землю» (Победоносцев 1873).

Из этого разочарования после небывалой реформистской эйфории и вырос русский консерватизм нового типа — вместо старого, рассыпавшегося в прах в конце николаевской эпохи. И выпестовали его не только М.Н. Катков и И.С. Аксаков, но и целая плеяда примыкавших к «Гражданину» в начале 1870­х гг. деятелей. Без В.П. Мещерского и его журнала был бы куда менее ярок взлет Достоевского, Победоносцева, Филиппова как публицистов в 70­е гг. Со своей стороны, и сам князь очень многое заимствовал из их идей, а также из идей славянофилов, что и отмечает И.А. Пронина (с. 164).

Тем самым ликвидируется достаточно крупное «белое пятно» в истории русской общественной мысли пореформенного периода. Но ценность книги И.А. Прониной заключается не только в этом. В ней фактически нарисован портрет молодого князя Мещерского, в значительной мере расходящийся со стереотипными представлениями о нём как о человеке излишне эмоциональном и легко поддающемся панике. На страницах книги Мещерский предстает перед нами не только как верный друг, воспитатель и соратник цесаревича Александра Александровича, будущего императора, но и как умелый чиновник, решающий незаурядные административные задачи вопреки нежеланию своего начальства, как достаточно успешный издатель и редактор, плодовитый публицист с ярким, оригинальным языком, наконец как народный трибун, не хуже М.Н. Каткова и И.С. Аксакова осмеливавшийся идти на открытые выпады против правительства. Для таких выступлений в годы самоуправства П.А. Валуева, П.А. Шувалова и А.Е. Тимашева в России действительно была нужна незаурядная смелость, и ее у Мещерского было не занимать. Один тот факт, что лишь «Гражданин» осмелился опубликовать в России речь Аксакова о Берлинском конгрессе, заставляет по достоинству оценить мужество Мещерского как «князя­гражданина».

Как и почему он спустя десяток лет получил репутацию enfant terrible русского консерватизма, от которого начнут шарахаться как от зачумленного его же былые соратники — это уже другой и не менее интересный вопрос. Дело будущего — в должной мере заполнить связанные с личностью В.П. Мещерского пробелы в научном исследовании судеб русского консерватизма в 1881–1914 гг. Монография И.А. Прониной стала важным шагом, позволяющим приступить к решению этой задачи.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Дронов 2001 — Дронов И.Е. Князь Владимир Петрович Мещерский // Вопросы истории. 2001. № 10. С. 57–84.

Дронов 2010 — Дронов И.Е. Капитализм в России: взгляд консерватора (князь В.П. Мещерский) // Власть. 2010. № 2. С. 88–91.

Китаев 2016 — Китаев В.А. Общественная мысль и историческая наука в России XVIII–XX вв.: проблемы историографии. Нижний Новгород: Изд­во Нижегородского университета, 2016.

Мещерский 2004 — Мещерский В.П. Гражданин консерватор. Славянский мир. М.: ИИПК Ихтиос, 2004.

Мещерский 2003 — Мещерский В.П. Мои воспоминания. М.: Захаров, 2003.

Петров 1998 — Петров С.В. Охранительная идеология пореформенного периода (В.П. Мещерский) // Клио. 1998. № 2 (5). С. 264–269.

Победоносцев 2010 — Победоносцев К.П. «Будь тверд и мужествен…» Статья из еженедельника «Гражданин» (1873–1876). Письма / Под ред. В.В. Ведерникова. СПб., 2010.

Победоносцев 1873 — Победоносцев К.П.  Съезд юристов в Москве // Гражданин. 1873. № 44. С. 1174.

Полунов 2010 — Полунов А.Ю. К.П. Победоносцев в общественно­политической и духовной жизни России. М.: ­РОССПЭН, 2010.

Репников 2007 — Репников А.В. Консервативные концепции переустройства России. М.: Academia, 2007.

Черникова 2010 — Черникова Н.В. «Гражданин» // Русский консерватизм середины XVIII — начала XX века: Энциклопедия / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М.: РОССПЭН, 2010. С. 126–128.

Черникова 2001 — Черникова Н.В. Князь Владимир Петрович Мещерский (к портрету русского консерватора) // Российская история. 2001. № 4. С. 126–139.

Черникова 2010 — Черникова Н.В. Мещерский Владимир Петрович // Русский консерватизм середины XVIII — начала XX века: Энциклопедия / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М.: РОССПЭН, 2010. С. 296–299.

Черникова 2014 — Черникова Н.В. Этот невозможный князь… Мифологема Владимира Мещерского // Родина. 2014. № 6. С. 45–48; № 9. С. 83–86.

REFERENCES

Chernikova N.V. «Grazhdanin». Russkii conservatism serediny XVIII — nachala XIX veka: Entsiklopediia. Otv. red. V.V. Shelohaev. Moscow: Rosspen, 2010. P. 126–128.

Chernikova N.V. Kniaz’ Vladimir Petrovich Mescherskii (k portretu russkogo konservatora). Rossiiskaia istoriia. 2001. N 4. P. 126–139.

Chernikova N.V. Mescherskii Vladimir Petrovich. Russkii conservatism serediny XVIII — nachala XIX veka: Entsiklopediia. Otv. red. V.V. Shelohaev. Moscow: Rosspen, 2010. P. 296–299.

Chernikova N.V. Etot nevozmozhnyi kniaz’… Mifologema Vladimira Mescherskogo. Rodina. 2014. N 6. P. 45–48; N 9. P. 83–86.

Dronov I.E. Kniaz’ Vladimir Petrovich Mescherskii. Voprosy istorii. 2001. N 10. P. 57–84.

Dronov I.E. Kapitalism v Rossii: vzgliad konservatora (kniaz’ V.P. Mescherskii). Vlast’. 2010. N 2. P. 88–91.

Kitaev V.A. Obschestvennaia mysl’ i istoricheskaia nauka v Rossii XVIII–XX vv.: problem istoriografii. Nizhnii Novgorod: Izd­vo Nizhegorodskogo universiteta, 2016.

Mescherskii V.P. Grazhdanin konservator. Slavianskii mir. Moscow: IIPK Ihtios? 2004.

Mescherskii V.P. Moi vospominaniia. Mos­cow: Zaharov, 2003.

Petrov S.V. Ohranitelnaia ideologia poreformennogo perioda (V.P. Mescherskii). Klio. 1998. N 2 (5). P. 264–269.

Pobedonostsev K.P. «Bud’ tviord i muzhestven…» Stat’ia iz ezhenedelnika «Grazhdanin» (1873–1876). Pis’ma / Pod red. V.V. Vedernikova. Saint Peterburg, 2010.

Pobedonostsev K.P. S’ezd iuristov v Mos­kve. Grazhdanin. 1873. N 44. P. 1174.

Polunov A.Iu. K.P. Pobedonostsev v obschestvenno­politicheskoi i duhovnoi zhizni Rossii. Moscow: Rosspen, 2010.

Repnikov A.V. Konservativnye kontseptsii pereustroistva Rossii. Moscow: Akademia, 2007.

 

 

 

[1]© М.В. Медоваров, 2016.

 

96