Cookies help us improve our web content and deliver a personalized experience. By using this website, you agree to our use of cookies. Close this web site if you do not agree to our use of cookies.

Learn more about cookies

 

Крих А.А., Мулина С.А., Сорокин Ю.А., Суворова Н.Г. "Азиатская Россия: люди и структуры империи" - 10 лет спустя

Крих А.А., Мулина С.А., Сорокин Ю.А., Суворова Н.Г. «Азиатская Россия: люди и структуры империи» — Ю.А. Сорокин, Н.Г. Суворова 10 лет спустя // Историческая Экспертиза. № 1. 2016. С. 248-262.

 

24–26 октября 2015 г. в г. Омске [1]состоялась Международная научная конференция «Азиатская Россия: люди и структуры империи», посвященная 60­летию профессора А.В. Ремнева. Научные задачи конференции заключались в обсуждении проблем имперской истории, ее теоретико­методологического инструментария, современного состояния и перспектив развития в изменившихся политических условиях, новых условиях развития исторической науки. Привлечение внимания научного сообщества к значимости и плодотворности региональных исследований, возможности их сочетания с нациоцентричным и институциональным подходами, предполагало обращение к вкладу профессора А.В. Ремнева в современные отечественные и зарубежные исследования по имперской тематике, исторической регионалистике и сибиреведению. Научное творчество профессора А.В. Ремнева было посвящено проблемам имперского строительства на азиатских окраинах, предложенные им концепции имперской географии власти, ментального конструирования сибирского пространства, дискурсивных практик постколониальной теории динамично развиваются в современной гуманитаристике не только как самостоятельные направления сибиреведения, но и в целом новой имперской истории. Достижения ученого нашли отражение в многочисленных публикациях и получили высокую оценку современных исследователей. Участникам конференции предлагалось поделиться результатами своих исследований, а также впечатлениями о сотрудничестве, посвятить коллег в секреты научной мастерской историка.

Организаторы конференции, определяя характер мероприятия и круг участников, ориентировались на весьма скромный, к сожалению, «юбилейный опыт» А.В. Ремнева, которого он коснулся в интервью «О профессиональном сообществе... в тематическом научном пространстве» в 2010 г. («О профессиональном сообществе…» 2015). Размышляя о проблемах институциализации научного сообщества, в том числе в провинциальных городах, современных ценностях науки, коммуникациях в ней, он сослался на собственный опыт создания «сборника “памяти себя”» в 2005 г. (Азиатская Россия 2005). Главная проблема научного сборника: «Как он должен выглядеть, кого я туда позову», была решена приглашением друзей, т. е. людей, с которыми он общался профессионально, «в особом интересном проблемном поле». Понятные сложности научного творчества коллег: «Они долго откладывали написание статей, говорили, что им абсолютно некогда. Приходилось напоминать, просить и даже угрожать — забуду и вычеркну адрес из записной книжки…» — были решительно преодолены юбиляром. В результате сборник «Азиатская Россия: люди и структуры империи» получил высокую оценку коллег по профессиональному цеху, хотя и отмечались недостатки, в частности отсутствие введения, которое справедливо ставилось в вину редактору этого издания (Bailey 2007). Подводя итоги этому своему юбилейному изданию, А.В. Ремнев отметил, что «логика и структура сборника понятна, но нужно было более четко прописать саму идею, как этот сборник выстроен, по каким принципам, а не просто собрали вместе разные статьи под одной обложкой».

Другое напутствие юбиляра было связано с его суждениями о провинциальных конференциях: «Мне абсолютно не нравится то, что происходит в Омске в конференциальном движении. Есть два типа: один я называю “мероприятием”. Это большие залы, куда собирают студентов и курсантов военных училищ, проводят пленарные заседания, выступают певцы и танцоры, издают объемные и даже многотомные тезисы. Может быть, про нее покажут по телевизору. Это вызывает во мне чаще всего нежелание участвовать в них. Другой вид — это конференция типа научного семинара <…> с ограниченным и тщательно подобранным составом участников, предварительным ознакомлением с текстами (но без опубликованных тезисов!), презентациями на самом совещании и обязательным наличием так называемых “дискуссантов”. Впрочем, организация такой работы — дело трудоемкое и недешевое, но весьма продуктивное. Это другой формат, другая организация. Организаторы ищут людей, заранее приглашают, договариваются. На них больше 20 человек не собирается. Проведение таких конференций не является самоцелью. Как правило, это часть большого проекта. Проведение конференции ради конференции для меня мало интересно».

Учитывая мнение А.В. Ремнева, его ученики и коллеги решили подготовить сборник научных статей, предварительно собрав в Омске его участников. Изначально планировался действительно узкий круг участников, связанных с А.В. Ремневым общими проектами, в частности международным семинаром «Империя и регион: российский вариант», который проходил в Омске в 1999 г., мастерской «Власть и общество в политическом и этноконфессиональном пространстве России: история и современность» (Санкт­Петербург, 2000), уже упоминаемым юбилейным сборником 2005 г. и др. Реализовать этот замысел «тесного круга» организаторам по многим причинам (и далеко не только научным) не удалось, но и в формальное юбилейное «мероприятие» конференция не превратилась. Ученых, которые работали с А.В. Ремневым на общем «имперском» поле, которые признают его своим учителем и наставником, другом, оказалось значительно больше. Перешагнув масштабы «рабочего семинара», конференции всё же удалось стать эффективной площадкой научного диалога, и, что не менее важно, сохранить теплоту личного общения.

***

Организаторами конференции выступили Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского, Омский государственный аграрный университет им. П.А. Столыпина, международный научный журнал «Ab Imperio», Генеральное консульство Республики Польша в г. Иркутске. Соорганизаторами конференции стали Омская государственная областная научная библиотека им. А.С. Пушкина, Исторический архив Омской области, Омский филиал Российского фонда культуры, Тюменский региональный общественный благотворительный фонд «Возрождение Тобольска», Омский областной музей изобразительных искусств им. М.А. Врубеля. Конференция прошла при финансовой поддержке РГНФ (проект № 15­01­14057).

Для участия в конференции подали заявки и направили тезисы докладов около 70 авторов из Санкт­Петербурга, Москвы, Казани, Оренбурга, Челябинска, Новосибирска, Екатеринбурга, Иркутска, Барнаула, Тюмени, Тобольска, Сургута, Якутска из ведущих университетских и академических центров РФ и РК (Казахстанский филиал МГУ им. М.В. Ломоносова, Казахстанский национальный университет им. аль­Фараби), Польши (Университет Адама Мицкевича). На конференции были представлены крупные научные центры России: Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Институт российской истории РАН, Европейский университет г. Санкт­Петербурга, Институт истории и археологии Уральского отделения РАН, Институт истории Сибирского отделения РАН, Казанский федеральный университет, государственные университеты Новосибирска, Томска, Барнаула, Иркутска, Тюмени, Сургута, государственный нефтегазовый университет (г. Тюмень), филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (г. Челябинск); Оренбургский государственный педагогический университет и многие другие.

Открытие конференции и пленарное заседание проходило в Музее книги Омской государственной областной научной библиотеки им. А.С. Пушкина. При регистрации участникам конференции были вручены ценные издания от соорганизатора конференции Тюменского регионального общественного благотворительного фонда «Возрождение Тобольска» и его председателя А.Г. Елфимова. К открытию конференции была издана и вручена участникам конференции монография А.В. Ремнева «Сибирь в имперской географии власти XIX — начала XX века» (Ремнев 2015). В основу этой книги были положены две монографии, посвященные административной политике самодержавия в отношении Сибири, вышедшие в 1995 и 1997 гг. (Ремнев 1995; 1997).

В ходе пленарного заседания с докладами выступили авторитетные ученые, много лет изучавшие различные аспекты заявленной темы, известные общественно­политические деятели. Модератором заседания выступила Т.Б. Смирнова, доктор исторических наук, проректор по учебной работе ОмГУ им. Ф.М. Достоевского. Участников и гостей конференции приветствовал председатель оргкомитета, ректор Омского государственного университета, доктор исторических наук А.В. Якуб.

С содержательным докладом на тему «Азиатское пространство Российской империи в экономическом, этническом, социальном и политическом измерениях» выступил губернатор Омской области (1991–2012 гг.), президент регионального общественного фонда «Духовное наследие», почетный профессор Омского государственного университета Л.К. Полежаев. А.В. Ремнев продолжительный период времени сотрудничал с экс­губернатором, прежде всего в рамках крупных издательских и общественных проектов. Богатый административный и личный опыт докладчика позволил ему представить свое видение ключевых проблем формирующегося сибирского окраинного пространства в широких хронологических рамках.

Доклады Л.Е. Горизонтова (Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», г. Москва) и Ю.А. Сорокина (ОмГУ им. Ф.М. Достоевского) были посвящены научному творчеству А.В. Ремнева, его месту в отечественной историографии. При этом профессор Л.Е. Горизонтов сосредоточился на проблематике исследований Ремнева, новаторской и пионерской, а Ю.А. Сорокин попытался увязать профессиональные качества историка А.В. Ремнева с особенностями регионального, именно сибирского историописания.

Всегда актуальным для отечественной исторической науки является многоаспектный комплекс отношений между государством и церковью в России. Инварианту этих отношений в Сибири посвятила свой доклад профессор Н.П. Матханова (Институт истории СО РАН, г. Новосибирск). Используя значительный корпус источников, она сообщила о конфликтах, контактах и компромиссах между сибирскими губернаторами и епископами в XIX в. Профессор Л.М. Дамешек (Иркутский государственный университет) прочитал яркий доклад на тему «Сибирский вариант инкорпорации аборигенов в империю: соотношение методов». В докладе были охарактеризованы методы интеграции, их соотношение на различных этапах сибирской истории, предложен сравнительный анализ аграрной политики самодержавия в отношении народов Сибири, Башкирии, Казахстана, Туркестана. Вывод о сословной неполноправности инородческого населения Сибири в отношении землепользования подтверждался статистическим материалом. Профессор Ж.А. Ермекбай (Казахстанский филиал МГУ им. М.В. Ломоносова) сосредоточился на трудах А.В. Ремнева по истории Казахстана. Докладчик смог показать значительность вклада ученого в исследование казахстанской истории, многие его дерзкие для своего времени, но ставшие уже привычными сегодня положения и выводы. К их числу Ж.А. Ермекбай отнес тезис о том, что граница Российской империи в принципе не могла проходить по степи, но лишь по границам центральноазиатских горных систем. Профессор А.Г. Еманов (Тюменский государственный университет), однокурсник А.В. Ремнева, рассказал о своих контактах с Анатолием Викторовичем, продолжительных беседах с ним, которые в том числе касались сравнительной империологии, новых векторов в ее развитии.

Профессор И.В. Побережников (Институт истории и археологии Уральского отделения РАН) рассмотрел действие региональных акторов на российскую модель имперской модернизации. При этом автор уделил пристальное внимание именно компаративному измерению модернизации Российской империи. Видный сибирский этнограф, долгие годы поддерживающий плодотворные контакты с А.В. Ремневым, профессор Н.А. Томилов (Омский филиал Института Сибирского отделения РАН) сообщил о результатах интеграционных процессов в исторических общностях современного мира.

Содержательные доклады не только вызвали живой интерес у слушателей, но и спровоцировали их на многочисленные вопросы. Обсуждение актуальных и существенных научных проблем, затронутых в докладах, продолжилось на секционных заседаниях. Таким образом, пленарное заседание задало тон работе всей научной конференции, определило ее высокую интеллектуальную планку.

В ходе работы первой секции «Вокруг империи: в поисках новых исторических нарративов» было заслушано 10 докладов, посвященных различным колониальным и антиколониальным стратегиям российского государства. Секцией руководили доктор исторических наук, профессор Д.А. Аманжолова (Институт российской истории РАН) и старший научный сотрудник кандидат исторических наук В. М. Рынков (Институт истории Сибирского отделения РАН). Особенностью докладов, представленных в первой секции, являлось внимание к проблемам терминологии и методологическому инструментарию, используемому в империологических исследованиях, к вопросам преемственности российской имперской политики и национальных проектов Советской России, сравнения имперских методов управления в различных империях.

В докладе заведующего сектором Отдела стран СНГ Института востоковедения РАН кандидата исторических наук В. О. Бобровникова был поставлен вопрос о корнях инородческой политики Российской империи и ее параллелях в других европейских и мусульманских державах эпохи колониальных империй. Основное внимание исследователь уделил сравнению имперской политики Франции в Алжире и России на Кавказе и соотнесению различных категорий «неполноценных» мусульманских подданных Российской и Французской империй, сконструированных усилиями военных, законодателей и администраторов. Автор отметил, что трансферы являлись привычной практикой имперских государств. Истоки военно­народного управления, сложившегося на Российском Кавказе, следует искать в Османской империи, а итоги работы Первого Сибирского комитета можно обнаружить не только за Уралом, но и в других регионах Российской империи, в том числе на Кавказе. Особый интерес участников конференции вызвал вопрос об участии ученых в дискуссиях об инородцах и моделях туземного управления. В ходе дискуссии были обозначены следующие проблемы: почему возникают трансферы, была ли известна французская колониальная литература в России, сравнивали ли российские эксперты российский опыт с практикой других империй? В.О. Бобровников продемонстрировал, как осуществлялся трансфер моделей колониальных реформ через ученых, публицистов, дипломатов, военных, подтвердив тезис профессора А.В. Ремнева, что наука не только служила империи, но и создавала особое интеллектуальное пространство.

Проблема интерпретации советскими учеными сибирской истории XVII столетия через концепт империи была поставлена в докладе научного сотрудника Института истории СО РАН кандидата исторических наук И.Р. Соколовского. Обобщив примеры использования терминов с корнем «импер­», автор вышел на проблему соответствия языка описания историческим реалиям XVII в. и социально­политическим условиям, в которых формировалась школа изучения Сибири в первые десятилетия советской власти.

Возможности постколониальных теорий в имперских исследованиях представляет доклад профессора Познанского университета Адама Мицкевича И.О. Пешкова. Автор подчеркнул, что новая постколониальная перспектива в гуманитарных дисциплинах является определенным вызовом для исследователей Внутренней Азии, реакция на который требует взвешенной оценки эффективности нового научного словаря для исследования колониальных практик. В своем докладе И.О. Пешков применил постколониальный дискурс для изучения колониальных практик Цинского правительства, а именно: влияния системы управления китайско­российской границей на цинскую политику по отношению к северо­востоку империи. В этой перспективе появляется возможность одновременного анализа практик включения монголов в маньчжурскую систему управления и политики превращения монгольских земель в колонию Китая с особым статусом. В ходе дискуссии были обозначены вопросы релевантности новых подходов, применимости теоретических схем, рожденных западным опытом, к характеристике восточных обществ.

Часть докладов была посвящена описанию и интерпретации отдельных (локальных) примеров российской имперской политики. Так, старший научный сотрудник Института истории РАН кандидат исторических наук В.М. Рынков проанализировал имперские экономические практики, сложившиеся в годы Первой мировой войны под влиянием военной мобилизации экономики. Одним из инструментов воздействия центра на регионы (а докладчик рассматривал прежде всего Сибирь), стала ценовая дискриминация, в результате которой сибирский крестьянин получал от продажи масла и других сельскохозяйственных продуктов меньший доход, чем крестьянин Европейской России. Подобные методы управления, опробованные в начале XX в., нашли свое продолжение в первое десятилетие советской власти, когда экономика периферии была полностью подчинена имперским целям.

Доклад профессора Института истории РАН доктора исторических наук Д.А. Аманжоловой был посвящен процессу формирования советской этнобюрократии в 1920­х гг. Большевизация национальных кадров происходила одновременно со становлением советской политической системы и была ее непременным условием. Укрепляя власть, большевики активно и целенаправленно искали и апробировали разные средства, прежде всего выявление и привлечение лояльных представителей коренного населения, а также включение в них испытанных партийной историей деятелей, хотя бы минимально знакомых с этнокультурной спецификой региона. Докладчик отметил, что во всех республиках наиболее сложными для большевизации управленцев­националов и советского государственного строительства оказались проблемы взаимодействия присланных из Москвы руководителей с традиционной элитой и интеллигенцией, влиявших на местное чиновничество, на характер и смысл реализуемых центром проектов преобразований. Особую роль в становлении системы и кадров управления играли не только вовлекавшиеся поначалу в органы власти лояльные представители бывших национальных партий и движений (так называемые националистические буржуазные элементы), но и основанные на многовековой социальной иерархии внутриэтнические противоречия. В процессе обсуждения участники секции согласились с мнением докладчика, что трансформация казахской элиты произошла в 1920­х гг., именно в это время она стала частью вертикали советской власти, а использование в это же время казахской интеллигенции в деле советизации Монголии имело под собой внешнеполитическую подоплеку.

Широкое освещение в докладах, представленных на секции, получила проблема воображения и понимания азиатских пространств России. Так, советская визуальность и ислам стали объектом внимания профессора компании ТАИФ по истории исламских народов в составе России Европейского университета в Санкт­Петербурге кандидата исторических наук А.К. Бустанова. В презентации были представлены фотографии советских мусульман послевоенного периода, демонстрирующие симбиоз исламских и советских практик. Докладчик отметил, что существуют как минимум две опции для обсуждения значимости подобных фотодокументов: 1) читать их как текст, т. е. пытаться интерпретировать то, что непосредственно изображено на каждом из снимков и их совокупности; 2) погрузиться в культуру фотографии: что, кем и как должно было изображаться, какого эффекта хотел добиться фотограф, каков язык общения фотографии с аудиторией. Второй аспект и стал основным и в докладе автора, и в обсуждении участников секции. Присутствовало ли намеренное стремление фотографа самоориентализироваться, представить себя и мир вокруг себя частью экзотического Востока, можно ли говорить о внутренней потребности показать свою близость к центру и что на представленных фотографиях проявилось в большей степени — советизация или адаптация ислама.

Иному аспекту репрезентации и моделирования Востока был посвящен доклад руководителя лаборатории исторической и политической демографии Иркутского государственного университета доктора социологических наук К.В. Григоричева. Этнические рынки автор рассматривал как место встречи культуры сибирских городов и мира Азии, где происходит конструирование «Востока» и освоение этого «воображенного» пространства. В этом процессе происходит встреча с некогда утраченной имперской периферией, отчасти узнаваемой, отчасти конструируемой в соответствии с текущими потребностями. Вызывает интерес замечание автора о том, что способы и характер организации «китайского» рынка обеспечивают органичное совмещение в его рамках столь разных «востоков»: Северо­Восточной Азии, постсоветской Центральной Азии, Кавказа и Закавказья, которые, как отдельные ряды на рынке, оказываются не самостоятельными пространствами, а лишь элементами более масштабной конструкции. Автор подчеркнул перспективность исследования этнических рынков, которые могут рассматриваться также как фактор миграционных процессов, элемент этнизации городского пространства и своеобразный адаптационный механизм для мигрантов.

Доклад старшего научного сотрудника Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского кандидата исторических наук С.А. Мулиной был посвящен формированию образа Сибири в межвоенной Польше. Подчеркивая живучесть в польском сознании «черной легенды» Сибири, сложившейся под влиянием масштабной польской ссылки XIX столетия, автор объясняет, почему восстановление польского независимого государства и гибель Российской империи не избавили поляков от «сибирского комплекса», а только укрепили шляхетские традиции в восприятии Сибири как места изгнания, страдания, смерти. В ходе обсуждения были заданы вопросы о влиянии депортаций польского населения в 1930–1940­х гг. на образ Сибири и трансформации образа коренных народов Сибири в польском общественном сознании.

В докладе омских этнологов И.А. Селезневой (Сибирский филиал Института культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева) и А.Г. Селезнева (омский филиал Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН) «В поисках новой мифологии истории: новые региональные движения в Сибири» были подняты проблемы развития новых сакральных пространств, оказывающих заметное влияние на культурный ландшафт современной России, на примере сакрального центра в районе деревни Окунево Муромцевского района Омской области. Были рассмотрены археологический фактор как основа хронотопа сакрального комплекса, новые нарративы и причудливое мифологическое осмысление исторического процесса, взаимовлияние сакрального центра и медиапространства. Проанализированы идеология и мифология истории, характерная для разнообразных новых религиозных движений, получивших развитие в рамках Окуневского сакрального центра.

На второй секции «Азиатское пространство Российской империи в экономическом, этническом и социальном измерениях», проходившей 24 октября в Центре краеведческой информации Омской государственной областной научной библиотеки им. А.С. Пушкина, было заслушано семь докладов. Секцию возглавляли профессор, доктор исторических наук В.И. Дятлов (Иркутский государственный университет) и ведущий научный сотрудник, кандидат исторических наук А.Ю. Конев (Тюменский государственный нефтегазовый университет).

Началась работа секции с доклада А.Ю. Конева (ТГНУ) «Народы Сибири в социально­правовом измерении империи (XVII — начало XX века): современные подходы к изучению», в котором раскрывались тенденции изучения отечественными и зарубежными историками политики империи в отношении индигенных народов Сибири с момента вхождения региона в состав Русского государства и до начала XX в.

Доклад сопровождался презентацией, иллюстрирующей институциональный аспект зарубежных исследований темы положения сибирских народов в составе Российской империи, и был разделен на тематические части, посвященные: а) терминологии, посредством которой империя описывала и классифицировала коренных обитателей Сибири; б) способам, институтам и инструментам интеграции индигенных народов в состав России; в) конфессиональному и этническому/этнополитическому аспектам и сословной парадигме в политике и практике империи на восточных окраинах. В заключение делался вывод о предопределенности перехода к проблемам сословной стратификации российского общества периода империи в постсоветской историографии.

Доклад М.О. Акишина (НГУ) «Ямышевское озеро в приграничных отношениях России и Джунгарии в XVII веке» продолжил тему межэтнических взаимоотношений в Сибири, перенеся проблему добычи соли на Ямышевском озере в плоскость международных российско­джунгарских отношений. На основе опубликованных архивных материалов были рассмотрены хронология и формы взаимодействия российских и джунгарских военных отрядов, дана характеристика договорного процесса между Россией и Джунгарией. В конце сообщения М.О. Акишиным был сделан вывод о том, что сибирские территории присоединялись к России международно­правовым способом.

Тема статуса сибирских инородцев была проанализирована в докладе С.Н. Корусенко (ОмГУ им. Ф.М. Достоевского) «Татары Сибири в источниках XVII–XX веков: этносословные штудии», в котором раскрывалась динамика этносоциальной идентификации таких групп тюркоязычного населения, как бухарцы, служилые и ясашные татары. На архивных материалах XX в. был продемонстрирован процесс перевода этносословных категорий в национальную терминологию, а на основе полевых этнографических материалов дана характеристика многоуровневого этнического самосознания сибирских татар. Профессор Европейского университета в Санкт­Петербурге, доктор исторических наук С.Н. Абашин выступил с докладом «Собственность и налоги “туземного” населения Туркестанского края», в котором на основе архивных и полевых этнографических материалов была показана сложная экономическая игра, разворачивающаяся между представителями имперской власти и аборигенным населением вокруг формы и объема взимаемого налога, уплата которого воспринималась бы обеими сторонами как проявление верноподданнических чувств и лояльности к империи.

В сообщении профессора В.И. Дятлова (Иркутский государственный университет) рассматривалась специфика вербализации оценки миграционной ситуации на Дальнем Востоке имперскими властями и различными кругами российского общества. Докладчик охарактеризовал специфику массовых трансграничных трудовых миграций из Китая, Кореи и, в меньшей степени, из Японии, не организованных властями Российской империи. Осознание полной зависимости от труда мигрантов властями и населением региона активно переживалось и обсуждалось, что привело к выработке отношения к мигрантам, а также стереотипов как механизмов регулирования взаимоотношений с ними. Основным эпитетом в адрес трансграничных мигрантов становится термин «желтый». Особо подчеркивалось в докладе, что азиатские подданные империи, например буряты или якуты, в категориях «желтые» не идентифицировались. Наблюдая за вариативностью употребления в источниках термина «желтый», В.И. Дятлов пришел к выводу о признании российским обществом нечеловеческой или недочеловеческой природы «желтых», что являлось естественной и необходимой предпосылкой демонизации «чужого», превращения реального или потенциального противника в смертельного врага.

На основе анализа позднеимперских текстов было построено и выступление А.А. Крих (ОмГУ им. Ф.М. Достоевского), посвященное этносословной риторике в прошениях о переселении в Сибирь. Акцент был сделан на анализе прошений, поступивших в Переселенческое управление от некрестьянских социальных групп (мещан, разночинцев, почетных граждан и др.), которые в силу сословного характера переселенческого законодательства, не могли воспользоваться тем порядком переселения, который предусматривался для крестьян. Несмотря на преобладание сословной терминологии в рассматриваемом виде источников, этнические маркеры использовались просителями для создания собственного привлекательного образа в качестве колонизаторов Сибири.

Тема образов была продолжена в докладе М.Л. Бережновой (ОмГУ им. Ф.М. Достоевского) «Сибиряки и поморы: идентичность как наследие предков?». Обратившись к идее А.В. Ремнева о ментальном освоении сибирского пространства и построении на его основе региональной идентичности, М.Л. Бережнова констатировала типичность подобных процессов для других колонизуемых окраин России, таких как Поморье или Урал. Географическое «расширение» территории Поморья, смещение границы далее на юг и восток, привело к тому, что поморами стали называть себя жители далеко расположенных от Белого моря населенных пунктов. Подчеркивалась схожесть проблем применения терминов «поморы» и «сибиряки»: употреблять ли их в узком значении, т. е. применительно к русскому населению, или же включать в границы терминов индигенное население Сибири и Поморья.

По окончании выступлений докладчиков развернулась интенсивная и плодотворная дискуссия, начатая профессором Иркутского государственного университета, докто­ром исторических наук Л.М. Дамешеком с проблемы инкорпорации инородцев в состав Российского государства. Было отмечено, что подобная проблема стояла и перед другими государствами, расширяющими свои территории в XVI–XIX вв., в связи с чем представляется невозможным разделить понятия «колонизация» и «завоевание». Однако применительно к Сибири был подобран наиболее удачный термин «присоединение», который проводит четкое различие между процессами колонизации Сибири и Северной Америки. Принципиальная разница заключалась в том, по мнению Л.М. Дамешека, что в результате русского продвижения в Сибирь аборигены превращались в подданных российской монархии. Признаком подданства являлась выплата аборигенным населением налогов в российскую казну. Продолжая развивать идеи, высказанные в своем докладе, А.Ю. Конев заметил, что инородцы — это не столько сословие, сколько особый разряд населения («состояние»), состоявший из множества сословных групп. Причина сословного разнообразия инородцев кроется в специфике адаптации социальных структур присоединяемого к России населения. Несмотря на декларируемость (и даже желательность) унификационных процессов в империи, Российская империя расширялась не только географически, но и социально, создавая для интегрируемого населения новые сословные группы.

Свою точку зрения на сущность понятия «инородцы» высказал ведущий научный сотрудник Лаборатории гуманитарных исследований Научно­исследовательской части Новосибирского государственного университета доктор исторических наук, кандидат юридических наук М.О. Акишин, который заявил о том, что «иноземцы» — это правовое понятие, означающее прямое холопство — подданство московскому царю, а ранее прозвучавшие термины — «иноземцы» и «иноверцы», — есть не что иное, как рецепция римского права: термин «иноземцы» является калькой с латинского слова «пилигримы», а слово «иноверцы» скопировано с термина «инославие». М.О. Акишин, позиционируя себя как юриста, выступил с жесткой критикой исторического подхода к описанию правовых понятий, отмечая пренебрежение историков в отношении разработанной и четко аргументированной правовой терминологии.

Другим острым вопросом стала коннотация термина «желтый». М.Л. Бережнова отметила, что в Западной Сибири данный эпитет, употребляемый как часть сложного слова (например «челдон желторотый»), не имел расового подтекста. В.И. Дятлов выступил против деления авторов текстов, содержащих эпитет «желтый», на приезжих и местных, не видя прямой зависимости в трансляции «желтой угрозы» от места рождения транслятора. Не рассматривает В.И. Дятлов и русско­китайскую войну в качестве поворотного момента в кристаллизации «желтой угрозы», отмечая, что события в Благовещенске, в результате которых погибло 5 тыс. человек, не имели такого сильного резонанса в России, как погром в г. Кишиневе, в котором погибло 5 человек. Продолжая свою мысль, В.И. Дятлов отмечал, что смыслы, которые стояли за словом «желтый» «плыли», менялись. Этнический взгляд на этот термин был более поздним, вероятно, связанным с модернизацией, в ходе которой, например, иудей становился евреем. В дореволюционных источниках слово «желтый» перенасыщено расовыми коннотациями. Сегодня же другой ракурс: китаефобия сохранилась и обществом осознается «китайская угроза», но она не описывается в позднеимперской терминологии «желтой опасности».

Третья секция конференции «Люди и институты империи» проходила 25 октября в стенах конференц­зала Центра изучения Гражданской войны. Работой этой секции руководили: доктор исторических наук, профессор Сергей Константинович Лебедев (институт истории РАН, г. Санкт­Петербург) и кандидат исторических наук, доцент Егор Петрович Антонов (Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера Сибирского отделения РАН, г. Якутск). Секция объединила более сорока участников и гостей конференции. Сотрудники Центра перед началом мероприятия провели для участников конференции обзорную экскурсию с кинолекторием. Гости конференции, занимающиеся изучением периода революции и Гражданской войны, получили возможность ознакомиться с информационными ресурсами Центра и поработать с его научной библиотекой. В рабочем порядке сотрудники Центра рассказали гостям об основных формах и результатах своей научной деятельности.

В рамках работы секции были объеди­нены два взаимосвязанных направления имперских исследований: люди империи и институты империи. Понятие «люди империи» было раскрыто как на конкретных примерах администраторов разных уровней и ведомств, военачальников, идеологов и практиков империи, так и на примере социокультурных, профессиональных, сословных групп, находящихся на службе империи или формирующихся как ее оппозиция (имперские эксперты и их частный инвариант, аграрные эксперты; ученые и профессора, сибирские депутаты и казаки, ссыльные революционеры). Типизируя «людей империи», встраивая их взгляды и деятельность в пространство осваиваемой имперской окраины, исследователи продемонстрировали плодотворность обращения к изучению механизмов и технологий сотрудничества властных институтов и представителей общества. Исследователи обсудили вопросы, связанные с ролью государственных, политических и общественных деятелей, чья жизнь была связана с азиатским пространством Российской империи. В отдельных докладах были освещены неизвестные факты биографий сибиряков, оставивших след в укреплении институтов российской государственности и освоении зауральских территорий в имперский период.

Наиболее широко с точки зрения исследовательских подходов (от учрежденского и институционального до социокультурного и ментального), хронологического среза (включая XVIII — начало XX в.) и ведомственной принадлежности на секции были представлены имперские институты. Классический анализ нормативно­правовой базы высших, центральных, судебных и сельских органов управления с акцентом на окраинной, сибирской специфике, существенно дополнялся обращением к неформальным практикам, обусловленным в том числе социальными, сословными и региональными факторами.

Мемориальная составляющая конференции была реализована в проведении двух книжных выставок для участников, гостей конференции, а также преподавателей и студентов ОмГУ, организованных Омской государственной областной научной библиотекой им. А.С. Пушкина и научной библиотекой Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского. На выставках были представлены научные и учебно­методические труды профессора А.В. Ремнева, энциклопедические и справочные издания, в которых он принимал участие как составитель, редактор и автор статей, редактируемые и рецензируемые им издания, авторефераты диссертаций, а также рецензии и публикации о его научной деятельности. В память о безвременно ушедшем ученом 26 октября 2015 г. во втором корпусе ОмГУ была открыта аудитория его имени. В аудитории предполагается создание библиотеки Лаборатории имперских исследований азиатских окраин России, основу которой составят работы А.В. Ремнева и его коллег по цеху.

На завершающем пленарном заседании руководители секций профессора Д.А. Аманжолова, В.И. Дятлов и С.К. Лебедев подвели итоги работы конференции, охарактеризовали общие результаты прошедшей встречи. Участники и гости конференции отметили, что имперская тематика исследований, представленная в докладах, востребована и отвечает современной историографической ситуации. Участники конференции отметили высокий научный уровень представленных докладов, высказали слова благодарности оргкомитету, учреждениям­организаторам и организациям, оказавшим финансовую поддержку данному мероприятию. Участники конференции высказали конкретные предложения и рекомендации, во­первых, по систематизации, описанию и введению в научный оборот материалов личного архива А.В. Ремнева, дальнейшей публикации его научного наследия, в том числе работ по истории Омска, Степного края, Казахстана; во­вторых, по продолжению имперских исследований Азиатской России, как в рамках новой лаборатории, так и периодических конференций по имперской тематике. По итогам работы конференции участники предоставили статьи для публикации в сборнике. Мы надеемся, что сборник, куда войдут полные тексты докладов, статьи участников конференции, воспоминания о профессоре А.В. Ремневе, его интервью и письма, позволит научному сообществу вновь обратиться к научному наследию знаменитого сибирского империолога, и продолжить обсуждение поставленных на конференции проблем и вопросов.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

«О профессиональном сообществе...» 2015 — «О профессиональном сообществе... в тематическом научном пространстве»: интервью с Анатолием Викторовичем Ремневым (29.04.2010) // Вестник Омского университета. Исторические науки. 2015. № 4. С. 177–196.

Азиатская Россия 2005 — Азиатская Россия: люди и структуры империи: сборник научных статей, посвященных 50­летию профессора А.В. Ремнева. Омск, 2005.

Ремнев 1995 — Ремнев А.В. Самодержавие и Сибирь. Административная политика первой половины XIX в. Омск, 1995.

Ремнев 1997 — Ремнев А.В. Самодержавие и Сибирь. Административная политика второй половины XIX — начала XX века. Омск, 1997.

Ремнев 2015 — Ремнев А.В. Сибирь в имперской географии власти XIX — начала XX века: Монография / Под ред. Н.Г. Суворовой. Омск: Изд­во Ом. гос. ун­та, 2015.

Bailey 2005 — Bailey S.C. [Рецензия] // Ab Imperio. 2007. № 2. С. 454–458. (На англ. яз.; рец. на кн. : Азиатская Россия: люди и структуры империи : сб. науч. ст. [к 50­летию со дня рождения А.В. Ремнева] / Ом. гос. ун­т им. Ф.М. Достоевского. Омск : Изд­во ОмГУ, 2005. 599 с.).

REFERENCES

«O professional’nom soobshchestve... v tematicheskom nauchnom prostranstve»: interv’yu s Anatoliem Viktorovichem Remnevym (29.04.2010). Vestnik Omskogo universiteta. Istoricheskie nauki. 2015. N 4. P. 177–196.

Aziatskaya Rossiya: lyudi i struktury imperii: sbornik nauchnykh statey, posvyashchennykh 50­letiyu professora A.V. Remneva. Omsk, 2005.

Remnev A.V. Samoderzhavie i Sibir’. Administrativnaya politika pervoy poloviny XIX v. Omsk, 1995.

Remnev A.V. Samoderzhavie i Sibir’. Admi­nis­trativnaya politika vtoroy poloviny XIX — nachala XX veka. Omsk, 1997.

Remnev A.V. Sibir’ v imperskoy geografii vlasti XIX — nachala XX veka: Monografiya. Pod red. N.G. Suvorovoy. Omsk: Izd­vo Om. gos. un­ta, 2015.

Bailey S.C. [Retsenziya]. Ab Imperio. 2007. N 2. P. 454–458. (rets. na kn. : Aziatskaya Rossiya: lyudi i struktury imperii : sb. nauch. st. [k 50­letiyu so dnya rozhdeniya A.V. Remneva] / Om. gos. un­t im. F.M. Dostoevskogo. Omsk : Izd­vo OmGU, 2005. 599 s.).

 

 

[1]© Коллектив авторов, 2016.

  Работа проведена при финансовой поддержке Министерства образования и науки РФ, в рамках государственного задания вузам в части проведения научно­исследовательских работ на 2014–2016 гг., проект № 2619.

 

91