Cookies помогают нам улучшить наш веб-сайт и подбирать информацию, подходящую конкретно вам.
Используя этот веб-сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем coockies. Если вы не согласны - покиньте этот веб-сайт

Подробнее о cookies можно прочитать здесь

 

Батшев М.В. Искренние письма честного чиновника

 

Рецензия: Казначеев А. И. Партикулярные письма графу М. С. Воронцову, 1828–1837 / [из собр. Гос. ист. музея]; [сост. А. К. Афанасьев, подбор ил. Г. Г. Филатова]. М.: Новый хронограф, 2015

 Обширная библиография изданий писем, так или иначе связанных с семейством Воронцовых[1], пополнилась новым изданием[2]. Издательство «Новый Хронограф» выпустило адресованные Михаилу Сергеевичу Воронцову письма его подчиненного, крымского губернатора Александра Ивановича Казначеева (1788–1880). Он родился в Рязанской губернии в небогатой дворянской семье. Получил хорошее домашнее образование, окончил Рязанскую гимназию. С 1807 на службе в Санкт-Петербурге. Служил в Комиссии по составлению законов и департаменте государственных имуществ. Участвовал в Отечественной войне 1812 г. и Заграничных походах русской армии. Служил в русском оккупационном корпусе, расквартированном после окончания войны во Франции. Этим корпусом командовал М. С. Воронцов, с которым А. И. Казначеев сблизился и подружился в годы совместной службы. После возвращения в Россию Казначеев вернулся на гражданскую службу и принял предложение Воронцова стать его помощником в деле обустройства Новороссийского края. Первые годы он служил у Воронцова в качестве правителя канцелярии, в 1827–1829 гг. занимал должность градоначальника Феодосии[3]. В 1829 г. одновременно с этой должностью стал исполнять обязанности гражданского губернатора Таврической губернии. К этому периоду его служебной деятельности и относятся изданные письма.

Об их уникальности, искренности и информационной полноте говорит еще и тот факт, что они не пересылались адресату по официальной почте, а доставлялись, как правило, с надежными оказиями в Одессу, где располагалась постоянная резиденция М. С. Воронцова.

Несмотря на свое красивое название — «Партикулярные письма», книга посвящена не частным вопросам. Она рисует картину управления Крымом на протяжении почти целого десятилетия. В письмах содержится масса подробностей и интересных деталей, которые были бы неуместны в официальных донесениях Казначеева управляющему Новороссией М.С. Воронцову.

Ценность писем, как представляется, состоит в их эмоциональной насыщенности. Они дают возможность взглянуть на происходящие в Крыму события глазами очевидца, а не через призму официальных документов. Также данный эпистолярный комплекс позволяет лучше представить характер отношений генерал-губернатора Новороссии с своими подчиненными.

В связи с тем, что первые письма датируются 1828 г., в них большое место уделено событиям русско-турецкой войны, которая оказывает серьезное влияние на жизнь полуострова.

Казначеев пишет о боевых операциях русского флота: «Эскадра адмирала Грейга, вышедши из Севастополя, имела неблагоприятную погоду и штиль, так что в двенадцатый только день приблизилась к Анапе и именно 2-го Мая. 3 и 4-е число провела в переговорах с Анапским Пашою, убеждая его к сдаче; но 80-летний старик, отвечая, что сдастся тогда, когда ни одной живой души не останется в Анапе. С 7-го по 13-е Адмирал производил бомбардирование крепости и выпущенными до 10/т ядрами и бомбами разрушил большую часть зданий Анапы; в то же время наша эскадра успела захватить турецкие суда с войсками и припасами; 900 пленных с сих судов отвезено в Керчь» (с. 23–24).

Читая в другом письме Казначеева о строительстве артиллерийских батарей в Севастополе, не покидает ощущение, что видишь статью из современной газеты об использовании должностными лицами служебного положения в личных целях: «Ваше сиятельство пишете мне официально о домогательствах артиллерийского негодяя Чишинича и приказываете оказать ему помощь. Всё это сделано. Но я уже доносил вам, что все почти домогательства Чишинича ложные и вымышленные. Стенки батарейные делать надобно в черте и следовательно линия в том не препятствие; а при том эти стенки грабители казны: во-первых они не нужны и бесполезны; с двух выстрелов развалятся; во-вторых, на каждую на каждую из них полагается по 300 р., тогда как их за 80 р. сделать можно. Чишинич продает для сих стенок свой камень, выломанный руками артиллеристов» (с. 35).

Автор писем — защитник принципов свободы торговли, следствием которой, по его мнению, будет возможность для жителей России покупать более дешевые товары: «Настоящие и великие наши фабрики хлеб, шерсть, пенька, сало, железо, спирт и прочее, вот вещи коих мы бы продавали гораздо более и лучшими ценами, если б не запрещали выпуск чужих мануфактурных изделий <…> Мы запрещаем иностранные сукна для Кожевникова и Комаровского; несмотря на то, фабрики их идут плохо и разоряются. А между тем, в угодность им, не только вся Россия обложена обязанностью покупать несравненно дороже сукна худшие иностранных, но миллионы жителей лишаются тем удобства выгодно продавать шерсть, от которой была бы польза не пяти или шести лицам, но большей части России. Мы запрещаем ввоз сахара рафинада и тем поддерживаем пять или шесть фабрик, но зато 40 миллионов жителей платят за сахар дороже и не могут продать тех произведений своих, кои были бы раскуплены иностранцами, когда б позволено им было привозить к нам сахар их, и так далее» (с. 75).

Свое скептическое отношение к отечественной промышленности Казначеев объясняет следующим образом: «Я не противник отечественных мануфактур, но и не страстный их любовник. Я полагаю только оные в такой соразмерности, которая бы избавила нас от рабской зависимости чужеземцев. Но делать из России фабрику при недостатке рук, нужных для обработки земли, значит повторно уничтожить то и другое» (с. 76–77).

Александр Иванович Казначеев подчеркивает свою лояльность Михаилу Семеновичу Воронцову: «Будьте покойны, я никогда не отступлю от вашей воли, зная что все желания ваши клонятся к общему добру и что вы лучше меня видите вещи. Я всегда поставлял и не перестану поставлять себе за особенную славу быть ревностным исполнителем благих ваших намерений» (с. 52–53). «Никогда не противодействовал, напротив, исполнял всё так, как вам было угодно. Таким образом, буду я поступать всегда и надеюсь, что впредь вы не будете иметь причины оставаться мною недовольными» (с. 53).

Являясь человеком, искренне болеющим за судьбу Крыма, он старается отстаивать его нужды в Санкт-Петербурге. Однако его планы не всегда находят понимание в столице. Переживаниями из-за неудач в столице и неправильных, по его мнению, распоряжений министерств он делится в Воронцовым: «На счет уменьшения акциза на крымские водки, вышел отказ по милости Министра финансов, который доложил Государю, что уменьшение акциза вредно для откупщиков, которые платят исправно в казну деньги; а ободрение мелких водочных заводов вредно для больших. Государственная логика! Из оной следует, что гораздо полезнее бросать на землю фрукты и выжимки виноградные, нежели делать из них водку» (с. 68).

В письмах Казначеева мы находим отражение самых разных вопросов, связанных с жизнью Крыма. Он подталкивает своего непосредственного начальника к хлопотам в Петербурге о создании новых городов: «Вот ещё новый предлог поскорее стараться о учреждении в Судаке города и устроении хоть какой-нибудь пристани. Тогда бы вино водою можно было доставлять до городов портовых и самой Алушты, откуда удобно перевозить вино по большой дороге» (с. 47).

Хотелось бы отметить некоторые особенности оригинал-макета издания. В книге применено нестандартное размещение комментариев к письмам. В данном издании они размещены не внизу страницы, и не после текста письма, как делают обычно издатели. Дизайнер издательства «Новый Хронограф» А. Байдина предложила в этом издании новый вариант размещения комментариев в документальных публикациях — они помещены на той же полосе слева от тестов писем. Такой вариант, по нашему мнению, существенно облегчает использование справочного аппарата документальной публикации.

Несмотря на удачные издательские находки, в книге отсутствуют подписи под некоторыми иллюстрациями, что вызывает затруднение при работе с данным изданием.

 

 

 

 

 

[1] В изданном в 1870–1895 гг. П. И. Бартеневым в качестве приложения к «Русскому архиву» 40-томном «Архиве князей Воронцовых» нет писем А. И. Казначеева, а также писем М. С. Воронцова к нему.

[2] Письма Казначеева к Воронцову издаются впервые. Публикация осуществлена на основании писем А. И. Казначеева к Воронцову, составивших одно из дел, отложившихся в родовом архиве Воронцовых ОПИ ГИМ. Ф. 60. Ед. хр. 2514. Л. 1–261. Данное издание представляет собой полистную публикацию документов дела. Все письма написаны на русском языке рукой Казначеева. В них имеются незначительные писарские вставки, а также фрагменты, написанные другими лицами.

[3] Отношения Воронцова с Казначеевым были не всегда идеальными, подробности их до сих пор не реконструированы исследователями.

 

231