Cookies помогают нам улучшить наш веб-сайт и подбирать информацию, подходящую конкретно вам.
Используя этот веб-сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем coockies. Если вы не согласны - покиньте этот веб-сайт

Подробнее о cookies можно прочитать здесь

 

Батшев М.В. Неправильный треугольник

Батшев М.В. Неправильный треугольник. Рец.: Александр I, Мария Павловна, Елизавета Алексеевна: Переписка из трех углов (1804–1826). Извлечения из семейной переписки великой княгини Марии Павловны. Дневник [Марии Павловны] 1805–1808 годов. М., Новое литературное обозрение, 2017. 560 c. // Историческая Экспертиза. № 2. 2017. С. 242-245.

Эпистолярное наследие эпохи Александра I до сих пор еще полностью не введено в научный оборот. Поиск, изучение и подготовка к публикации эпистолярных памятников, вышедших из­под пера главнейших действующих лиц того времени, сопряжены со множеством трудностей.

Самой большой трудностью, на наш взгляд, является то, что эти документы разбросаны по множеству архивов, которые находятся в разных городах и странах. Другой проблемой, часто являющейся препятствием для исследователей, является язык, на котором написаны письма. Исследователю кроме родного языка необходимо хорошее знание иностранных языков: французского и немецкого. Без последнего языка при чтении источников можно и обойтись, он потребуется только для изучения литературы по теме, которой в Германии издано большое количество.[1]

Большинство писем написано представителями высшей аристократии в годы правления императора Александра I на французском языке. Переписка между членами императорской фамилии не была исключением. Часть этой корреспонденции вводится теперь в научный оборот.

Основной массив представленных в данном издании писем составляют письма великой княгини Марии Павловны к брату императору Александру I за 1804–1825 гг. и его ответные послания за те же годы. Кроме этого, здесь представлены письма императрицы Елизаветы Алексеевны к Марии Павловне. Отсутствие в издании писем великой княгини к императрице1, при том что об их существовании упоминается почти в каждом письме Елизаветы Алексеевны, делает издание не полным и к тому же сильно затрудняет восприятие писем, отправленных из одного из углов.

Публикации текстов писем предшествует обширная вступительная статья, названная Е. Дмитриевой «Между немецкими Афинами и Северной Пальмирой: история домашним образом». Статья начинается с того, что публикуемые письма сохранились в архиве до наших дней благодаря детям Марии Павловны, которые нарушили волю матери и сберегли часть ее корреспонденции вместо того, чтобы ее уничтожить, как она просила их в своем завещании: «Я желаю, чтобы письма еще ныне здравствующих людей были им возвращены, остальные же сожжены; тем не менее я даю своему сыну право их просмотреть, и в случае, если в них найдется что­то важное и интересное для Дома, он может их сохранить» (с. 5). Благодаря сыну Марии Павловны, великому герцогу Карлу Александру, который не стал уничтожать ее обширную корреспонденцию, мы и имеем в своем распоряжении данное издание. Письма сохранились в специальном фонде, который начал формироваться еще при ее жизни и созданию которого сама Мария Павловна уделяла большое внимание. О ее стремлении упорядочить свои документы один из немецких историков сказал: «Ей удалось соединить русскую бюрократию с саксонским порядком». В конце XIX в. все сохранившиеся документы были переданы в Тайный главный государственный архив, который с течением времени стал Главным государственным архивом Тюрингии. Согласно указу великого герцога Карла Александра, изданному в 1872 г., все ее письма и бумаги не подлежали публикации и были закрыты для историков. Исследователи получили доступ к документам только в конце 1950­х гг., и с тех пор в Германии вышло несколько монографий, написанных на этих материалах, а также были подготовлены документальные публикации, увидевшие свет в Германии и России.

Основной массив опубликованных в «Переписке из трех углов» писем имеет любопытную особенность. Они крайне эмоциональны, но при этом очень мало информативны. В письмах брат и сестра обмениваются постоянными уверениями в дружбе, братской любви и передают друг другу теплые пожелания. Сообщения новостей о жизни друг друга были в их письмах крайне редки. Такая информация передавалась главным образом через их мать, вдовствующую императрицу Марию Федоровну. Она состояла в переписке с Марией Павловной, и через нее император Александр получал новости о жизни в Веймаре своей сестры, а та в свою очередь узнавала о событиях и происшествиях, имевших место в Санкт­Петербурге. Поэтому переписка между братом и сестрой в большей степени представляла собой канал для поддержания дружеских отношений, а не для обмена информацией.

Опубликованные в приложении письма Марии Павловны к другому брату, Константину Павловичу, за 1804–1805, 1809 гг. сильно отличаются по своей стилистике и создаваемой в них атмосфере от писем к старшему брату. В них значительно меньше эмоций и разнообразных переживаний автора, но зато встречаются упоминания о различных событиях в жизни Марии Павловны. Она предстает в письмах к Константину другим человеком: «Знайте, Константин, что я смеялась как сумасшедшая, читая все, что вы мне о том пишете» (с. 360). «Ваш юмор восхитителен и ваши каламбуры смешны» (с. 366).

В письмах к Константину она не чувствует себя такой скованной, как в письмах к старшему брату, и потому делится с ним своими впечатлениями не только от жизни внутри герцогской семьи, но и тем, что привлекает и забавляет ее во время прогулок по городу: «И хотя я лично не знакома ни с одним из этих людей, я, можно сказать, душевно с ними связана по тому, как они меня узнают; в особенности женщины исполняют арии в мою честь самым грациозным образом, какой только можно себе представить. Здешний бургомистр имеет обыкновение носить парик, это исключительно элегантный субъект, местные бюргеры называют его Дон Жуан. Меня это очень забавляет, и вас, я надеюсь, также сильно рассмешит, добрейший мой друг» (с. 364). Письма Константина очень много для нее значили, ведь рассказывая ей в письмах различные истории, происходившие в Петербурге или армии, свидетелем которых он был, брат поддерживал в ней ощущение сопричастности к делам семьи и помогал ей бороться с одиночеством и оторванностью от родных: «Вы не можете себе представить, какой счастливой вы меня делаете, когда описываете мне все эти шаловливые глупости, мне кажется, что я все еще там, где витают все мои мысли» (с. 369).

Несмотря на то, что она уже является супругой наследника герцогства Саксен­Веймар­Эйзенах, Мария Павловна продолжает ощущать себя русской великой княгиней. Об этом свидетельствует фраза из письма к Константину Павловичу: «Наш монарх (имеется в виду ее брат Александр I. — М.Б.) славный малый, но так как я уверена, что у него немало дел, если судить по политическим слухам, которые здесь распространяются, я не стану ему писать на этот раз» (с. 371)

В вошедших в состав данного издания письмах Марии Павловны к своему супругу Карлу Фридриху она предстает как нежная жена и заботливая мать.

Но самым драгоценным из всех опубликованных в книге источников личного происхождения является, на наш взгляд, дневник Марии Павловны за 1805–1808 гг. Текст ее дневника, включенный в данное издание, довольно своеобразен. В нем мало записей, разбитых по дням. По организации текста дневника видно, что его автор не работал над ним систематически, фиксируя события немедленно после того, как стал их свидетелем, а делал записи спустя определенное время после события. Зафиксированные в дневнике различные временные периоды отделены друг от друга указанием года и повторяющейся записью: «Разные примечательные вещи, которые я видела».

В дневнике содержится рассказ об увиденном ею в различных городах Германии, а также подробные рассказы о ее впечатлениях от общения с Гете.

В дневнике приводится подробная запись лекций о происхождении различных цветов, прочитанных Гете. Великая княгиня зафиксировала содержание и других лекций Гете, на которых ей довелось присутствовать. Описывая свои впечатления от одного из рассказов Гете, объяснявшего ей произведение одного художника, она пишет: «Неизвестно чем восхищаться больше: воображением, которое создало эти орнаменты, умелой рукой, которая их так хорошо нарисовала, или гением, объяснившим их нам» (с. 456).

К опубликованному комплексу документов Е. Дмитриевой и Ф. Шедеви подготовлены комментарии, а также именной указатель. Комментарии отличаются большой информационной насыщенностью. Именной указатель в данном издании составлен оригинально. В алфавитном порядке выделены все правящие дома Европы того времени и все представители этих домов расставлены в этих разделах в алфавитном порядке.

Отсутствие в книге географического указателя делает работу с опубликованными ценнейшими источниками не такой удобной, как хотелось бы.

Irregular Triangle

Rev.: Aleksandr I, Mariia Pavlovna, Elizaveta Alekseevna: Perepiska iz trekh uglov (1804–1826). Izvlecheniia iz semeinoi perepiski velikoi kniagini Marii Pavlovny. Dnevnik [Marii Pavlovny] 1805–1808 godov. Moscow, Novoe literaturnoe obozrenie, 2017. 560 p.

Batshev Maxim V. — researcher of the Department of documentation of heritage and information technologies of the D. S. Likhachev Russian research Institute for cultural and natural heritage (Moscow)

 

[1]© Батшев М. В., 2017

Батшев Максим Владимирович — научный сотрудник Отдела документации наследия и информационных технологий Российского научно­исследовательского института культурного и природного наследия им. Д. С. Лихаче ва (Москва); bmv@list.ru

1 Е.Дмитриева во вступительной статье пишет, что письма Марии Павловны к Елизавете Алексеевне не сохранились.

 

150